— Господин Ильясов?
— У телефона.
— Господин Ильясов, простите за беспокойство. Я лишь хотела напомнить вам, чтобы вы перед выходом в город обратились в reception по поводу регистрации в столице.
— Да, я помню, спасибо, девушка.
— Пожалуйста, до свидания.
Виталий подумал о том, что он перестарался с акцентом: произнес «девушка». У реального Ромы Ильясова акцент был мягкий, неуловимый. Никаких «девушка» и «панымаишь». Ну да ладно, сойдет…
В дверь постучали. Виталий напрягся и приподнял голову. К нему не могли постучать! Для работников гостиницы он вывесил снаружи на ручку двери красную табличку «НЕ БЕСПОКОИТЬ». С Виктором он договаривался об условном стуке. Кто, черт возьми?! В дверь постучали еще раз — осторожно и в то же время настойчиво.
Жуков подкрался на цыпочках к двери и спросил:
— Кто?
— Я, Витус, я, — раздался в ответ голос друга.
— Твою мать, — пробормотал Виталий и открыл. — Просачивайся.
Коляев держал в руках объемистую сумку и тяжело дышал:
— Прости, забыл, как стучать… Ну, забыл, забыл, — одышливо произнес он и отер платочком пот с бледного лба. — Тут в сумке дыни-мыни и зелень-мелень, как договорились.
— Какие мыни? Какая мелень? — дернул плечами Виталий.
— Большие! Ты от нервов совсем отупел! Так говорят у вас в Ашхабаде.
— Да… Прости. — Жуков потер указательными пальцами виски.
— Да и я не лучше. — Коляев расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и повесил плащ в шкаф-купе. — Шторы бы раздвинул, что ли. Первый солнечный день мая, как-никак.
— На фиг, — сказал Жуков и направился в сторону мини-бара, маленького рефрижератора в углу комнаты. — Водички хочешь?
— Водочки хочу, — сказал Виктор.
— ? — Жуков изобразил лицом недоумение.
— Ладно, водка — это слишком. Я ведь полтора года ни капли не пил. Смешай мне джин-тоник, пожалуйста.
Виталий покачал головой, но просьбу выполнил.
— На, — подал он Коляеву высокий бокал.
— Нам надо отдышаться. — Коляев сделал большой глоток и блаженно зажмурился. — Надо отдышаться.
Виталий плюхнулся на кровать напротив сидящего на стуле приятеля.
— Я привез три дыни и немного тархуна. Тархун на рынке бывает довольно редко. Знаешь такую травку? Железом отдает.
— Дыни? Так рано? Африканские какие-нибудь? — засомневался Жуков.
— Мало ты в библиотеках сидел, — пожурил его Коляев. — Сам вот посмотри.
Жуков расстегнул аляповатую клетчатую сумку и увидел сморщенный бочок темно-зеленой дыни.
— Вот эта вот старушка?
— Это зимние дыни. Из Туркмении. Специальный сорт. Вызревают в конце осени и могут храниться до весны. Богаты медью и микроэлементами. Будешь корчить из себя радушного и в то же время подозрительного азиата. Как договорились.
— Как договорились, — кивнул Жуков и деловитым жестом сорвал печать с баночки пива.
— Много не лакай, — посоветовал Коляев. — Дурни мы — надо было транквилизаторы купить. Ты же весь на нервах.
— А если придется выпивать за успех сделки? — возразил Виталий. — Оно того — плохо совмещается.
— Тоже верно, — вздохнул Виктор. — Давай рассказывай.
— Секунду, — сказал Виталий и взглянул на наручные часы. — У нас еще два с половиной часа. Итак, я позвонил тебе через минуту после разговора с ними.
— Отсюда, из номера?
— Да.
— Напрасно. — Коляев закусил губу.
— Да будет тебе! Я ведь только сказал, что поговорил с клиентом и что встреча назначена на три часа. Меньше минуты говорили.
— Лучше бы ты позвонил из таксофона рядом с гостиницей.
— Коляй, да у тебя гонки пошли. Я ведь ничего конкретного не говорил.
— Ладно, проехали. О чем вы говорили?
— Я позвонил не сразу, как вписался в гостиницу и вошел в номер. Как мы и договаривались, я позвонил им только утром. Меня быстро соединили с их коммерческим директором. Юрченко, Андрей Владимирович. Я с ним и раньше говорил. Я представился. Он сказал: «Очень приятно, что вы приехали. Образцы с вами?» — «У меня все сразу, — говорю я с нажимом. — Но вам, конечно, сначала надо посмотреть то, что вы сейчас назвали». — «Чудесно, — говорит этот Юрченко. — Вам удобно встретиться в три часа?» — «Да, — говорю, — приезжайте ко мне в гостиницу, номер комнаты такой-то». Тут он и говорит: «Простите, а вы каким рейсом прилетели? А то мы могли бы вас встретить, да поздно спохватились». Я назвал им только номер рейса, как мы и договорились с тобой. «Так вы еще вчера в полночь прилетели», — сказал он с такой паузой, как будто пред ним лежало расписание рейсов туркменских авиалиний и он водил по нему карандашом.