«Да, такси в Москве дорогие, — сказал я. — Но на автобусы я не успел. Багаж из нашего «Боинга» долго не давали. Наверно, спаниели его долго нюхали». Тут мы немного посмеялись. Потом я сказал, что прошу в качестве залога восемьсот долларов за те два грамма яда, которые я отдам в виде образцов. «По белой цене образцы у вас, — засмеялся он. — Ладно, пусть так. Только впредь не нужно называть субстанцию по телефону прямым текстом». — «Якши», — ляпнул я для натуральности. «Якши», — повторил он ласковым таким голосом, и мы посмеялись на прощание. Все.
— Я так и думал, — с удовлетворением проговорил Коляев. — Они ребята ушлые. Проверяют. Пусть проверяют. Ну-ка, набери вот этот номер и спроси, прилетел ты вчера вечером или нет. Давай, давай, это справочная Домодедова.
Виталий принял из его руки бумажку с номером и позвонил:
— Алло, это справочная аэропорта?! Девушка, миленькая, скажите, прибыл вчера в одиннадцать вечера рейсом из Ашхабада Ильясов Рамазан? Ну пожалуйста, посмотрите, если можно. Брат я его, понимаете. Что-то мы разминулись… Прилетел, да? Ой, спасибо большое.
Жуков прижал гудящую трубку к груди и ошалело уставился на друга.
— А ты как думал, — сказал Коляев. — Это тебе не попки тараканам откусывать. Это хэ-керство называется. В пятьсот зеленых мне обошлось.
— Хакерство, — автоматически поправил Жуков и положил трубку на аппарат.
— Хакерство, двоечник, — так правильней, — сказал Коляев и поставил пустой бокал на письменный столик. — Парень долго ломался, да и непросто влезть в замкнутую сеть аэропорта, чтобы данные поменять.
— Пятьсот зеленых? — переспросил Жуков. — Я верну, конечно.
— Конечно, вернешь, — пожал плечами Виктор. — Слушай, Витус, дальше: я нашел место для операции.
— Где же?
— Рядом с их лабораторией, где они будут проверять яд. У нас получается такой расклад: они в три приходят, берут у тебя образцы. Как будет дальше, неясно. В любом случае тебе нужно побыть одному.
— Чем меньше я буду с ними тусоваться, тем меньше вероятность прокола, — кивнул Виталий.
— Они возвращаются за тобой, — продолжал Коляев. — Учти — если они находят качество товара достойным, то должны вернуться с бабками. Ты при них деньжата проверяешь…
— Да, машинка у меня, — хлопнул Виталий рукой по тумбочке рядом с кроватью.
— Проверяешь как?
— Долго и нудно, — произнес Жуков как заученный урок. — Я должен выглядеть как человек, который боится кидняка. Нужно исключить варианты с куклой или фальшивыми долларами. Что потом?
— Потом вступает в силу ситуация с сейфами, — сказал Коляев. — Покажи ключ.
Жуков достал из внутреннего кармана пиджака большой никелированный ключ. Коляев также достал и показал ему похожий ключ, а потом достал из того же кармана его грубо выточенную копию:
— Держи дубликат. Не волнуйся, я уже проверил.
— Надо же, успел изготовить, — одобрительно хмыкнул Жуков.
— Не забывай, что я живу в этой гостинице на сутки дольше тебя, — сказал Виктор.
— Итак, они приезжают за товаром, — сказал Виталий. — Я проверяю деньги. Потом говорю, что надо ехать и брать товар. А деньги я хочу запереть в сейфе внизу, в отделе портье. Надеюсь, они не станут возражать.
— Я тоже надеюсь. В любом случае после этого ты остаешься у них в руках вместе с ключом.
После слов «у них в руках» Жуков зябко поежился и сказал:
— На самом деле, когда портье вставит мастер-ключ от сейфов в скважину и выйдет согласно правилам, я положу бабки к тебе в сейф. Выйду оттуда и предложу поехать… Куда ехать-то?
— Слушай, а меня пробрало, — не в тему покачал головой Коляев и улыбнулся. — Что значит давно не выпивал… А ехать тебе вот куда…
Он вынул из бумажника листок ученической тетради в клетку со схемой участка улицы. Схема была скрупулезно начерчена карандашом.
— Да… Знаю это место, — кивнул Виталий после знакомства с рисунком. — Тут с торца здания бистро.
— Бистро, плавно переходящее в стриптиз-клуб в ночные часы, — добавил Коляев. — В этом здании последний подъезд, квартира сто. Запомнишь номер?
— Подкалываешь? — спросил Жуков.
— Поверь, не нарочно такую снимал. Так совпало, — сказал Коляев. — Это на пятом этаже.
— Но ведь они пойдут со мной!
— В хату ты их не пустишь. Можно и пустить, беды не будет, конечно… Я буду там ждать.
— Может, проще ключи?..
— Лучше я сам.
— Стремно, однако.