— Выйди, очень прошу, — почти прошипел он в лицо белбою и стал оттирать его к выходу из «сейф рум».
На лице паренька отразилась смесь изумления и испуга, и он послушно попятился вон из комнаты. Жуков захлопнул дверь перед его носом и стал судорожно орудовать. Он вынул из портфеля сверток с деньгами и бросил его на стол. Потом он достал из кармана грубовато выточенный дубликат ключа Коляева. Он выдрал из своей ячейки мастер-ключ и вогнал его в скважину ячейки под номером двадцать девять. Следом пошел дубликат Коляева. Жуков ожидал плавного движения замка, но кустарный ключ застопорился через пол-оборота. Он попробовал еще раз — и вновь безрезультатно. Жуков страшно выругался и часто-часто задышал, сжимая и разжимая кулаки. Чтобы взять себя в руки, он до крови закусил губу. Затем вынул ключ из скважины и засунул себе в рот. Клейкий от слюны ключ он снова ввел в скважину и, затаив дыхание, нежно повернул. Замок повиновался. Жуков молниеносно положил деньги в ячейку Виктора и закрыл ее.
Выходя из комнаты, он увидел белбоя, который стоял перед дверью навытяжку.
— Ты чего ждешь? — спросил его Виталий с шальной усмешкой.
— Да ведь ключ, — выдохнул белбой.
— На тебе, — сказал Виталий и сунул ему в руку десятидолларовую банкноту.
Когда он вышел в вестибюль, то увидел недалеко от стойки портье официанта, который ставил на поднос миниатюрную чашку: кто-то из посетителей гостиницы выпил кофе за стеклянным столиком вестибюля. Увидев официанта, Жуков едва не подпрыгнул. Увидев Жукова, официант едва не выронил на мраморный пол чашку.-
— Витаха? — невольно вырвалось у официанта.
Виталий вдохнул поглубже воздух и чинно прошел мимо него, не поведя и бровью.
Сергей ждал его у позолоченной вертушки выхода. Юрченко стоял и щурился на солнышке снаружи, на широких ступенях гостиницы.
— Все в порядке? — обернулся он к Виталию.
— Конечно.
— Тогда в машину.
За рулем темно-синей «Вольво» сидел молодой человек, чем-то очень похожий на Сергея. Во всяком случае, так Жукову показалось с первого взгляда. Жуков разместился рядом с Сергеем на заднем сиденье. Юрченко сел рядом с шофером.
Добротная машина понесла их по Москве.
— Без четверти пять, — взглянул на часы Юрченко.
— Куда едем? — спросил водитель.
— В бистро «Не спеши», — сказал Сергей. — Шурик, ты помнишь место?
Водитель кивнул:
— Конечно.
Когда они подъехали к означенному Коляе-вым на схеме дому, Виталий сказал:
— Нам сюда. Вместе пойдем?
— Сергей и Шурик тебе помогут, Рамазан, — обернулся к Жукову Юрченко.
Выходя из машины, Виталий запнулся носком башмака за бордюрный камень и едва не растянулся на тротуаре.
Лифт был видом под стать пятиэтажной «ста-линке», однако бодро поднял их наверх.
Дверь квартиры № 100 была бедной: обычная деревянная дверь, крашенная краской для пола. Последний алюминиевый нолик номера квартиры покосился.
Виталий позвонил. Дверь открылась почти мгновенно. Виталий и стоящие за его спиной Сергей и Шурик увидели Коляева в узбекской четырехугольной тюбетейке, больших оптических очках и полосатом балахоне.
— Селям алейкум, — сказал Жуков.
— Валейкум ассалам, — сказал Коляев не своим, сипло-писклявым голосом.
— Я пришел забрать свой вещь. — Жуков исковеркал русскую фразу не нарочно, просто язык его заплелся от волнения.
— Конечно, — сказал Коляев. — Минуточку.
Он исчез в глубине квартиры за дверью комнаты и через минуту вынес оттуда чемодан средних размеров, совсем новый чемодан, явно легкий, судя по тому, как Виктор передал его в руки Виталия.
— Спасибо, — сказал Жуков.
— Пожалуйста. Обращайся, когда надо, — сказал Коляев, закрывая дверь.
— Держи, — сказал Виталий, вручая чемодан Сергею.
Они спустились на лифте вниз и подошли к машине. Сергей принял чемодан к себе на колени. Когда все уселись в машину, Виталий спохватился:
— Андрей Владимирович, а как же наш уговор посидеть и поговорить?
— В бистро? — с некоторым сомнением сказал Юрченко.
— А зачем далеко ходить?
— Хорошо, — согласился коммерческий директор. — Шурик, отвези чемодан в лабораторию. Сергей, пойдем с нами.
Шурик провез их буквально сорок метров вдоль здания пятиэтажки, и они вышли. Они увидели полосатый парусиновый козырек и оградку из художественного литья. У входа под большой вывеской стоял огромный швейцар в ливрее и фуражке с лакированным козырьком. Вывеска сообщала: «Бистро «НЕ СПЕШИ».
— Здравствуйте! — молодцевато и одновременно угодливо пробасил швейцар, открывая дверь. Было похоже, что это приветствие предназначалось прежде всего Андрею Владимировичу.