Возле reception стоял интеллигентного вида мужчина в золотых очках. Он был похож на Ипполита Матвеевича Воробьянинова. За стойкой в аналогичной бежево-малиновой униформе маячил молодой блондин в очках. Блондин перебирал какие-то бумаги. На значке его было напечатано «Vlad».
— May I help you, sir? — спросил портье.
Помятый клиент лишь смущенно кашлянул в ответ с чисто русской интонацией.
— Чем могу помочь? — сказал уже по-русски портье.
— Мне нужен одноместный номер на пару дней, — сказал Виталий.
— Можете ознакомиться с нашими ценами. — Портье указал рукой на пластиковую ребристую таблицу с текстом из наборных букв.
— Просто скажите, сколько я вам должен вперед, — сказал Виталий. — Мне, пожалуйста, с видом на горы.
— Там южная сторона и несколько теплее, — предупредил портье.
— Ничего.
Когда посыльный Николай Федорович показал Жукову номер и спустился на панорамном лифте с видом на цирк вниз, портье обратился к нему:
— Как вам клиент, Николай Федорович?
— Не знаю, Влад, что именно он собой представляет, но ехать с ним в лифте было не слишком приятно. Амбре, я бы сказал, не из лучших. — И Николай Федорович смущенно усмехнулся.
— Не иначе, ограбил кого-нибудь в своем Воронеже. Приехал к нам денежки проматывать. — Говоря это, портье как раз создавал в компьютере личный файл гостя по его регистрационной карточке. — Как считаете, такое возможно?
— Чего только не бывает в наше время, — философски сказал Николай Федорович.
Глава 31
— Здесь так быстро темнеет. Раз — и нет солнца, — сказал Шурик.
— За горы проваливается, — сказал Сергей.
Весь день у них прошел в заботах. Причем каждый из них был занят своим делом. Вечером они встретились в нанятой квартирке. После ужина отправились на прогулку. Сначала они проехали на троллейбусе по длинной улице до конечной остановки. Потом сошли в малолюдном окраинном районе и пошли не спеша в обратном направлении. Справа тянулся пустырь, поросший колючками. За пустырем светился окошками квартал пятиэтажных домов. Здесь, на окраине города, люди держали живность: они услышали блеяние баранов, и слабый ветерок донес до них легкий запах хлева. Возле одного из домов они разглядели сгорбленную старуху туркменку в длинном одеянии, идущую следом за верблюдом, которого она вывела во двор. Неподалеку проходила железная дорога, и они услышали перестук вагонов.
— Что это за пирамидка? — Шурик указал кивком на стоящее особняком на пустыре маленькое строение конической формы. На крыше торчал рупор громкоговорителя.
Словно в ответ на его любопытство, громкоговоритель загудел, а потом из него понеслось на всю округу размеренными повторами:
— Аллах акбар! Аллах акбар! Аллах акбар!
— Молельня какая-то. Вечерний намаз, — сказал Сергей.
Под эти звуки восхвалений господа они прошли какое-то время в смущенном молчании: слова молитвы странным образом повлияли даже на них.
— Время идет, а мы не продвинулись, Сере-га, — сказал Шурик.
— Немного продвинулись, — сказал Сергей. — Если бы мы нашли бабки, паспорт прокатил бы вместо руки, мне кажется.
— Совсем пустяк: пятьдесят пять штук! — воскликнул Шурик. — И с этим Ромой погано все прошло.
— Ты ему не поверил? — спросил Сергей.
— Не знаю, — сказал Шурик. — Ну, поверил. А дальше что?
— Он прав: мы по-любому ничего не могли ему сделать, — сказал Сергей. — Здесь же… — он помолчал немного, подбирая слова, — полицейское государство, вот что. Ну, шлепни мы его — и тут же надо сматываться. А как же деньги делать? А как кидалу ловить?
— Да нет здесь никакого кидалы — дураку ясно, — с раздражением сказал Шурик. — Уж за бабки Рома его точно бы сдал, если б мог.
— Тогда займемся заработком, — подытожил Сергей. — Что там у тебя днем вышло?
— Как ты понял — ни шиша, — устало сказал Шурик. — Жара — атас. Я только и ползал от одного ларька с водой до другого. До меня не сразу дошло, что лучше простую минералку пить или тоник. Или даже пивка холодного. А то эту сладкую парашу дуешь-дуешь — все без толку.
— Надо просто терпеть и меньше пить. Мне так посоветовали, — сказал Сергей. — Хоть расскажи, что выяснил?
— Как и договаривались, я решил прошуршать по пивным, — вздохнул Шурик. — Я думал, чего проще: в пивных точно кто-то из местных «братков» будет. Можно и пушку купить, и так поболтать о том о сем. Только тут пивных почти нет! И «братков», по-моему, тоже нет. Верно Рома сказал про их преступность.