На бледном лице вспыхнули два ярких пятна стыдливого румянца, но он всё же опустил веки в знак согласия. Я прекрасно понимала его смущение, поэтому постаралась сделать всё как можно быстрее и бережнее. Ухаживать за лежачими больными в большей или меньшей степени умеет каждая жрица. Маг вздрогнул, почувствовав прикосновения влажного полотенца.
– Сейчас я дам вам отвар, – продолжила я бесстрастным тоном, – постарайтесь всё выпить. Там целебные, снотворные и общеукрепляющие травы, они помогут вам поскорее восстановиться.
Маг ни на секунду не отрывал пристального взгляда от моего лица. Его тревога и подозрение были оправданы тем, кого он видел перед собой.
– Не волнуйтесь. Никто вам не навредит. Окрепнете и уйдёте.
По жёстким губам пробежала слабая усмешка. Не верит. Пусть, лишь бы слушался. Чтобы напоить мага лекарством, мне пришлось пересесть на кровать, приподнять его одной рукой, а второй держать кружку у рта. Он покорно пил, даже не морщился, хотя у Софен любой напиток чем действеннее, тем более отвратителен на вкус. Глотал маг с трудом и, когда лечебная гадость закончилась, мелко дрожал от слабости.
– Теперь спите. – Я промокнула губы и влажный подбородок чистым полотенцем и осторожно уложила мага обратно.
Наверно, другая на моём месте вела бы себя мягче. Постаралась бы успокоить, отвлечь, заговорить о чём-нибудь нейтральном. За годы, проведённые в храме, мне не раз доводилось видеть, как выхаживают больных жрицы, обращаясь с выздоравливающими, словно с родными детьми. Только я слишком давно отвыкла от таких понятий, как ласка и нежность.
Слава Предвечной, маг отключился, едва его голова коснулась подушки. Не представляю, из чего состоят сборы Софен, действуют они безотказно. До рассвета можно ни о чём не волноваться и тоже спокойно спать. Не тут-то было. Не успела я выйти в коридор, как услышала топот.
– Госпожа Карен! – загромыхал бас Скойша. – Там за вами пришли!
– За мной? – искренне удивилась я и последовала за послушником.
У входа в храм поджидал дородный мужчина – явно городской и зажиточный. Короткое пальто из добротного сукна поблёскивало серебряной нитью, на ногах лаковые полусапожки. Рядом в тёплой шали, поспешно накинутой поверх домашнего платья, зябко переминалась Айшет. При моём появлении мужчина побледнел, но справился с испугом.
– Карен, – нерешительно произнесла главная жрица, – тут вот господин Бéриш из Дзауга пожаловал. Просит дать новорождённой благословление Предвечной.
– На ночь глядя? – подозрительно осведомилась я. – Провести обряд, запрещённый императором?
– Госпожа жрица, император может чудить, как ему вздумается, – низко поклонился мне Бериш. – Однако магия милости Предвечной не заменит. Доченька у меня родилась, единственная, долгожданная, от любушки моей! Наследница всего состояния! Неужто я должен лишить её расположения Праматери ради чьей-то прихоти?!
Я полувопросительно глянула на Айшет.
– Тебе решать, – ответила жрица. – Ни Лиáра, ни Рейша дорогу верхом не выдержат, о Софен нечего и не говорить. Или ты, или я.
За Беришем переступал с ноги на ногу огромный вороной жеребец, намного крупнее обычной лошади, от ноздрей которого валил пар. Чистокровный гирáзец, такой двоих свезёт, а то и троих, если третий подросток или ребёнок. Седло специальное, двойное. Я представила, как робкая целомудренная Айшет прижмётся к спине незнакомого мужчины, и кивнула.
– Сейчас накину что-нибудь и поедем.
Главная жрица поспешила за мной в комнату.
– Извини, что так получилось, – виновато начала она. – Всё на тебя валится…
– Прекрати, – оборвала я её причитания. – За магом пригляди, хорошо?
Куртка у меня приличная, Лиара прошлой осенью сшила. Неплохо бы штаны сменить и хвост перевязать, да времени нет. Господин Бериш не зря так поздно прискакал: храбрый-то он храбрый, а на глаза попадаться соседям и страже не хочет, потому и ночью, и конь вместо экипажа. Император обряд благословления новорождённых запретил наравне со свадебным. Запрещать много ума не надо: издай указ и радуйся. Последствия же не скоро скажутся. Пока те дети вырастут, пока родители заметят, что болеют они не в пример чаще, синяки заживают хуже и неприятности так и липнут. Как уже это было со свадьбами. Во сколько раз в Рагаре увеличилось количество супружеских ссор и измен? За те три года, что вместо церемонии в храме жених и невеста просто обмениваются клятвами? Магия не заменит веры.