Вот, помнится, среди школьников было такое развлечение, подкрасться и затолкнуть зазевавшего приятеля в учительскую, например, или на чужой урок, а потом закрыть дверь и заблокировать снаружи, чтобы этот приятель, краснея, заикаясь и безуспешно дергая дверь, пытался объяснить какого черта он туда пришел. Вот то же самое со мной сейчас проделывает Редженс. Заталкивает в аудиторию и с улыбочкой захлопывает дверь. Можно подумать, из нас двоих именно он еще недавно в школу ходил.
Кейн реагирует на звук и поворачивается ко мне. Стою, краснею и пытаюсь открыть дверь, хотя и так ясно, что бесполезно.
— Извиняться пришла? — спрашивает он, все еще странным задумчивым голосом.
Пытаюсь вспомнить, за что бы мне извиняться. Ну, в принципе…
Кейн делает мне знак подойти, подхожу и сажусь рядом через парту. Он берет мою руку и в задумчивости гладит кожу большим пальцем. Странные ощущения. Когда меня за руку берет нежный и заботливый Морис, мне противно, а вот когда это делает Кейн, который может в любой момент взбелениться и эту руку мне одним движением переломить, вот тогда мне нравится. Мазохистка я что ли?
И ведь главное, оставаясь с Кейном, я нахожусь в весьма двусмысленном положении. Я не вступила в гильдию, место работы у меня временное, на свое жилье я не имею права и таким образом полностью завишу от своего шинарда. Позволит ли он мне вступить в гильдию в следующий набор или, наигравшись, отправит обратно на нулевой, откуда подняться будет уже очень сложно? С другой стороны, что будет, если уйти к Морису, тоже не ясно. В любом случае уходить не хочу.
Так, размышляя каждый о своем, мы молча и сидим, пока дверь в комнату не открывается, и Редженс не запихивает в дверь очень недовольного этим Лекса. Кейн отпускает мою руку и встает.
— Значит так, — говорит он, после того как мы вчетвером оказываемся заперты внутри комнаты, — даем тебе возможность отработать ваш вчерашний косяк. — Это он только к Лексу обращается.
— А мне? — пищу я удивленно.
— А ты будешь его морально в этом поддерживать, — озвучивает мою роль Редженс.
— А мы уже разве не отработали? — уточняет Лекс, — просидели же в камере несколько часов.
— Проспали, — поправляет его Кейн, — пока наши доблестные курсанты в поте лица бились над сдачей экзамена. В этот раз они, кстати, не посрамили честь отделения, как сделала ваша подружка с нулевого.
— Кейт хорошо выступала, — насупившись, говорю я.
— Прекрасно, — добавляет Лекс.
— Она проиграла, а значит и мы из-за нее, — не соглашается Кейн. — А завтра у всех выходной, а также традиционные соревнования по мордобою среди офицеров.
— Круто, наконец увидим, как вам морды набьют! — с восторгом восклицает Лекс. Я тоже с удовольствием на это посмотрю.
— Не увидите, — пресекает наши надежды Редженс. — От нас будет участвовать Кирилл.
— То есть смотреть будет вообще не на что, — хмуро добавляет Кейн. — Поэтому, мы, посовещавшись с остальными отделениями, решили, что ради зрелищности дополнительно устроим бои непрофессионалов из обслуги. Угадай, кого мы выбрали?
— О, сложный выбор, — поясничает Лекс, — Рейн круто обращается с клюкой, а секретарша главнюка быстра как молния, с другой стороны второй помощник повара офигительно делает котлеты.
— Но Щенка успели слегка поднатаскать любители нелегальных боев, — напоминает Кейн, — так что мы остановили выбор именно на нем.
— Да, но у Щенка дела, — не соглашается Лекс, — и вообще он не в настроении подставляться ради двух козлов.
— А куда он денется? — интересуется Редженс.
— А что вы ему сделаете? — с улыбкой пожимает плечами Лекс. — Шантажировать положением Кейт уже не сможете, придется вам ее терпеть — это вам никуда не деться.
— Ну, с ней-то мы найдем, как разобраться, — озадачивает нас шинард, и в его голосе звучит злобная уверенность. — Но, помнится, у вас еще одна подружка есть. Чекнутая, которая. Достаточно просто позвонить и ей поменяют лечащего. — Это он про Мэй, значит. Небось, Мин про наше больное место рассказал. Лечащий врач у нее сейчас действительно отличный и находиться под именно его присмотром для нее жизненно важно, так что угроза сильная.
— Это вам Опарыш сказал, чем нас припугнуть можно? — Лекс тоже об этом подумал. — Только эти пустые угрозы он уже не раз использовал, они поистрепались сильно.