- Как же всё между собой связано, - вырвалось у него вместо тысячи вопросов, которые так и вились в его крохотной головке.
- У нас одна природа, у них – другая, - глубокомысленно изрёк Большой Буг, хрустя листовой прожилкой, - это – замкнутый круг.
- Это так…. печально, - выразился наконец Буг.
- Агааа, - присоединилась к нему Биба. Она даже хныкнула и засопела, стараясь не заплакать.
А Большой Биг договорил:
- Я всё это тебе разъясняю к тому, чтобы ты не слишком удивился, если мы не обнаружим твоего братишку живым. Потому что на все можно смотреть с разных сторон.
- Агааа, - подтвердила Биба, уже бодрее.
- С разных-преразных? – уточнил Буг, подразумевая, что сторон этих может быть великое множество, а может быть всего две.
- Хотя бы с двух, - сжалился над ним Большой Биг и продолжал:
- Можно сетовать на то, что нас почём зря уничтожают эти злые и страшные Огромные Жуки. А можно осознать уже, что без них, без их трррруда…, - Большой Биг нарочно растянул еще одно незнакомое Бугу слово, - у нас вообще! Вообще бы не было нашей картошечки! А если бы не было у нас питания, то …
В головке Буга происходила суматошная работа мысли. Одна за другой встраивались в начатую фразу логические цепочки, заставляя его лапки занеметь от ужаса, когда он договорил, не своим, а каким-то другим, хриплым голосом:
- То не было бы и нас….
- Правильно! – воскликнул Большой Биг, да так ликующе, словно вероятность собственного не-бытия приводила его восторг.
Тут Биба не выдержала. Она плюхнулась на лист и заревела.
- Ну-ну, - утешал Большой Биг, - чего расплакалась? Ты же есть на свете? Надо радоваться, а не горевать.
- А… а… что такое…. Трррруд? – спросил Буг, воспользовавшись этой паузой. Слово напоминало ему рокот полосатых крыльев сородичей.
- Что такое тррруд? – Большой Биг озадачился, - это знаешь что? Это было бы у нас, Полосатых жуков, если бы мы делали что-нибудь полезное. А не просто бы ели и откладывали яйца.
Тут уже и Буг уселся на попу, чувствуя, что если он услышит ещё хоть одно новое слово или предположение из тех, которыми с ним щедро и безжалостно делился Большой Буг, он прокинется вниз и полетит в землю, к клубням. Просто зароется в пахучие чёрные крупинки почвы и уснёт. А там будь что будет. Им теперь владело странное равнодушие. Стремление найти Бага сошло на нет. И всё же, загадочным для него образом слово «тррруд» в скупой трактовке мудрого жука вызывало у него желание познакомиться с этим понятием поближе.
Отдышавшись, он поднял глаза на Большого Бига, взиравшего на него с высоты своих бесконечных познаний.
- А я могу сделать… по..леззно…?
Тот лишь усмехнулся и похлопал его по спинке.
- Сможешь. Ты сможешь, малыш. Если только…
- Что? Что? – чуть не закричал Буг. Но не смог издать ни звука. Ему стало так страшно, что из красно-коричневого он стал полностью жёлтым. А каждый крохотный волосок на его тельце задрожал так, что ему стало щекотно. Только эта щекотка отчего-то не вызывала желание смеяться.
- Тебе ещё рано об этом размышлять. Просто запомни: у каждого своё пред-наз-на-че-ние. У нас своё, у Огромных Жуков – своё. И в этом пред-наз-на-че-нии кроется смысл нашего существования в этом картофельном раю. Но если ты хочешь чего-то большего, чем бесконечное жевание и продолжение рода с перерывом на зимнюю спячку, то к своему предназначению ты можешь добавить ещё кое-что.
Теперь уже оба, и Буг, и Биба, не отрывая сверкающих глазок, глядели на говорящего жука.
- Что? – хором спросили они, когда тот умолк.
Большой Биг лишь покачал головой.
- Я хочу! – сказал Буг.
- Я тоже хочу! – заявила Биба.
- Вы сами это поймёте. Когда придёт время.
- Но… мой брат, - несмело напомнил Буг, - если он… мокрое место, значит, он уже выполнил своё… предназначение?
Глава 5
Несмотря на то, что после встречи с Большим Бигом, весь мир малыша Буга перевернулся с ног на голову, он всё же не мог отказаться от изначальной цели своего путешествия. Багу ещё могла быть нужна помощь, вдруг он надеется на него, своего брата, ждёт его, зовёт во всю мочь... Поэтому он твёрдо заявил, что намерен двигаться к самому краю картофельного поля, куда унесли пойманных сородичей и его брата. Тем более, что, по словам Большого Бига, до того самого края оставалось идти всего ничего.