— Тоже не слышал ни разу. Ну и приметы тебе дали… Ты хоть издалека приехал?
— Из Донецкой области, — вырвалось у Кременецкого (хотя сейчас ехал с Северного Кавказа). — Нo, правда, я это… Просто по пути… А вообще по другим делам, — не зная зачем, добавил он. — Вот, хотел заехать, выяснить…
— Извини, но кажется, ничем не смогу помочь, — после недолгого раздумья ответил Алексей. — Чего нет в природе, того нет. А сумасшедшим вообще верить рискованно…
«Но как же так?»— вновь едва не вырвалось у Кременецкого. Почему… сразу не думал о такой возможности? И будто не заметил — вправду странной «дореволюционности» названия несуществующего пригорода Ровно? И не понимал даже: атомная станция не может строиться прямо в областном центре (да ещё называясь по соседней области) — так с чего статье о ней начинаться с его пригорода?.. И сколько читал о случаях ложных узнаваний — когда впервые увиденное или услышанное кажется знакомым! А тут, наверно, и было: Моисей с ходу придумал название, слишком странное, чтобы слушатели могли знать — но кто-то неожиданно для него «вспомнил»! И уже пришлось дать некие примерные координаты, чтобы не быть уличённым во лжи… Это потом, поняв, что никто из слушателей в тех местах не бывал — Моисей решился назвать Хмельницкую АЭС, и по таким сомнительным приметам Кременецкий определил, о каком городе речь! И — бросив всё, решился на побег…
Хотя… Если Моисей и потом — спутал Башкирию, вероятно, с Калмыкией…
Кременецкого опять бросило в озноб. (Впрочем — как и Кламонтова…)
…Что же получается? Старогерцог мог быть и не выдуман — а просто… в другом месте? Вдруг тот «областной город» — Луцк, Житомир или Брест? Кстати, Брест к северо-западу от другой АЭС — Ровенской! А есть ещё — Чернобыльская, Южно-Украинская… Но не ездить же по всей Украина и Белоруссии, спрашивая в каждом городе северо-западнее какой-то AЭC: добраться до Старогерцога? Он и так рисковал, и весьма подозрительно выглядел — спрашивая здесь, в электричке, путь в этот… да, наверно, всё же мифический городок! А то трудно представить — чтобы сохранилось такое название, а статья об атомной станции — начиналась с описания глухих мест, где происходят чудеса…
Да… он, собственно, и не собирался сразу в Старогерцог! Он пустился вдогонку за Моисеем — чтобы сойти где-то вместе! Но вот — и Моисей оказался… тем, кем оказался; и существование Старогерцога — ничем не подтверждено! Куда ехать? Неужели — просто обратно, домой? Вернее, к бабушке — вся семья ещё на курорте! Но что потом?
Вот положение! Не связался ни с какой серьёзной организацией «обычных» землян — не говоря о «людях иной фазы», инопланетянах… И пока — едет всё дальше от дома, и oт курорта, где осталась семья! А при нём — ещё тетради! Но — всего три, большая часть — дома! И надо что-то решать…
…Он вздрогнул: и то верно! Большая часть тетрадей — дома, без охраны и защиты! И, если до них доберутся — или этот выродок сам сдаст их милиции! А что такому стоит: за то, что он не хочет поступить в институт, унаследовать профессию? А он их никогда и не прятал — при отъезде оставил всё, как было!
…Но тут он спохватился, что сидит в том же вагоне (незаметно присев на первое попавшееся место) — и осторожно огляделся… Нет — тех, с кем вёл разговор, уже не было: сошли по дороге? Хотя вряд он помнил всех… Но, похоже — никто вокруг особо не присматривался к нему. И то ладно…
(«Но где Алексей мог «сойти по дороге»? — задумался Мерционов. — Он если и ехал, то прямо в Ровно! Да, 13-го числа, я как будто помню!..»
«Просто нечего больше сказать Захару, — понял Тубанов. — Вот и отошёл в сторону…»
«И сам не запомнил этот разговор? Никогда не говорил мне, как об особом происшествии!»
«Не обратил внимания! Мало ли кто что спрашивает по дороге…»
«Но ты точно помнишь? — переспросил Ареев. — 13-го он ездил в Ровно? Тебе было всего 8 лет!»
«Да вот запало в память, — признался Мерционов. — Ещё 12-го вечером выехал ночной электричкой, с пересадками! И потом… 21-го — ездил в Тернополь, а уже где-то в августе — в Хмельницкий. Видите, запомнилось.»
«И как пригодилось сейчас, — добавил Ареев. — Точка соответствия…»)
…А за окном электрички было уже светло. Очередной вокзал: «Дубно»… И на часах (не поверил своим глазам) — шесть минут седьмого! Долго же сидел и думал, забыв о времени…
(«И люди не боялись ездить ночными электричками, — сказал Вин Барг. — Просто из интереса…»
«Не было этих «отверженных», «безработных», — ответил Мерционов. — Которым теперь ничто не мешает основать своё дело — а их только и хватает, что сбиваться в стаи, воровать, грабить! И какая «система» теперь виновата? Когда нет уже той, «административно-командной»?»