…— Обрыв… Но как же так? — вслух вырвалось у Вин Барга. — И… кто это были?
— И что, конец? И будущее сорвётся? — не выдержал Мерционов. — Всё то, что мы видели? Если не вмешаемся…
— А сам он? — добавил Тубанов. — Как помочь ему?..
(Кламонтов же — не мог опомниться от шока, будто и сам получил чудовищной силы удар…
Кто эти двое? Действительно — из спецслужб? Но — почему, с какой целью? Отец вправду выдал его? И… в тетрадях нашли такое — что «ни возраст, ни состояние здоровья, ни случайные невинные жертвы не могут быть приняты во внимание»?..)
— Так — что делать? Где мы вмешаемся… в оставшиеся резервные сутки? Как его остановим?
— Пока вагон молчит… — отчаянно ответил Вин Барг. — Не понимаю…
— Но так не может быть, — начал Мерционов. — Ведь уже складывалось будущее. И там оно — уже чьё-то прошлое… Того, земного Герм Ферха, Чжоу Мина, Хай Ри… И, если оно сорвётся…
— Да, если… — Ареев не договорил. Было понятно и так…
Странная, глухая и одновременно звонкая, вибрирующая тишина — и ни с чем не сравнимый привкус несбывшегося, какая-то скорбь вечности…
Не состоится будущее — образы которого видели? И — как же все те, чьей судьбой оно было? Что будет с ними — если этого вдруг не станет? И что вообще… взамен — там, в 2142-м — если в 1983-м так оборвётся судьба того, кому предстояло сделать это реальностью?
И всё — из-за одного дурака, ничтожества, наметившего сыну не ту карьеру? Из-за кучки пустых болтунов, которым он поверил? Из-за такой же кучки «диссидентов», юродствующих с Запада за валюту? И… так вершится история — и судьбы тех, кто мог сделать её лучше?..
И ради чего — какого «инакомыслия», «высшей правды», каких «разоблачений»? В чём разобрались эти кликуши, вокруг чего — х «самиздаты», игры в подполья? Что противостояло им? Тупой консерватизм в науке, ничтожные чиновники-казнокрады… А они — задались целью «свалить систему»! Просто… не давали покоя лавры предшествующих поколений? Хотелось быть такими же ветеранами, как те? Не решать задачи нового времени — а пойти проторённым путём? Вот и повторили — как фарс!.. В мире, где идёт тайная борьба вокруг путей развития общества, научных открытий, всё острее — глобальные проблемы… И — есть риск пострадать ещё там, где схлестнулось мелкое с мелким, и тупое с тупым! Пародия на академию — с пародией на древнее жречество; пародия на контрразведчиков — с «диссидентством» уровня помойки… Вот уж поистине — второсортные «тайнознающие», «пророки» «воины»! Тех, кто жертвует собой из-за них — не стоят! При всех своих воплях о чём-то «высшем»…
Да — и не сами в итоге жертвуют собой! Восседают потом в президиумах, а жертвуют — такие, как Захар…
… — Вот бы их на его место! — вырвалось у Мерционова. — В их 15…
— На что они тогда годились? — с горечью откликнулся Ареев. — Давайте думать: что с ним? Как помочь ему?
— Нет, подождите: а та версия? — вспомнил Вин Барг. — Где я уже психиатр, а Хельмут — мой знакомый студент? А у Захара — потеря памяти? Неужели…
— Но это же виртуально! Этого не было… — в испуге ответил Кламонтов. — А в сложившейся реальности — и я не твой ровесник, и ты не окончил институт…
— Верно. Давай по делу… Тем более, ты знаешь город! Так — что за дорога? В каком месте это было?
— 2-й маршрут… — задумался Кламонтов. — Он не заметил, как доехал до конца! До самого края города!
— Конечная остановка? И только-то? — понял Мерционов.
— Но сам я бывал тут в 70-х годах, у прабабушки, — напомнил Кламонтов. — И этих маршрутов ещё не было, только автобусные…
— А… те? — спросил Ареев. — Кто это были? Знаете, мне кажется…
— Что — просто военная форма? — и тут понял Мерционов. — Какие-то солдаты, не более? А он увидел — то, что ожидал увидеть?
— Вот именно! И пошёл… просто к какому-то фургону — как к тюремному! А тот поехал… И я сразу увидел то, что… тогда! — признался Ареев. — В 37-м… И где были эти Солженицыны с Гумилёвыми — в свои тогда уже не 15, а больше?
— Кого ты с кем сравниваешь, — горестно вздохнул Тубанов. — Ты их представь: в их 15, на том кладбище! Или — в пути, вдогонку за таким Моисеем! Да ладно уж их, главное — помочь ему…
— Есть! — вдруг напряжённо прошептал Вин Барг. — Что-то есть! Но пока не то! Надо пройти… ещё какой-то круг событий или информации! Так я понял…
— То есть… ещё годичный цикл? — вырвалось у Кламонтова.