— А такой Захар Кременецкий читает, и думает, что рассчитано на его уровень, — согласился психиатр. — Опубликовано-то для миллионов читателей! Хотя — зачем опубликовано, чтобы что доказать? Или возьмите те же фильмы, где в самой невинной ситуации вдруг, ни с того ни с сего — оскорбление, мордобой, разбирательство с выяснением отношений? Так и хочется спросить: чем обижен сам автор сценария или режиссёр, зачем придумывает такое? Тем более — если действительно молодёжных проблем, по всему видно, не понимает? Да, но и то верно: где ему понимать так, как понимаем мы здесь? В нашей профессии, с нашим опытом?
— Ну, вы-то больше и имеете дело с особыми проблемами, — неуверенно начал Ромбов. — И даже с особой молодёжью…
— Нет, не скажите… Тем более: где грань? И вот опять же к вопросу о скрытой патологии: что иногда родители закладывают в подсознание детей — и что, случается, провоцируют в них сами. А отсюда — скрытые комплексы, которые проявляются в самый неожиданный момент… Вот например: в школе на медосмотре один ученик из всего класса не может заставить себя снять рубашку — и знаете, почему? Когда-то уже, ничего не подозревая, вышел во двор без рубашки, а потом дома — скандал по этому поводу!..
— А это-то почему? Что тут такого?
— Да вот оказывается: они с трудом «выбились в люди», перебрались из деревни в город — а он этим их позорит! Такое представление о цивилизованности! Хотят быть «более городскими», чем сами горожане, что ли…
— И это… на 66-м году Советской власти? — ещё более удивился Ромбов. — В нашей стране? Такие дикари?
— Ну, вот! И «воспитывают» детей — в меру своего разумения и уровня культуры!.. Или ещё пример: собрались где-то в гостях вместе дети и взрослые, потом в какой-то момент взрослые вышли, остались только дети — и один почувствовал себя очень неловко. Хотя ничего плохого не происходило! Другие заметили, спросили, в чём дело — а он не может объяснить. Тут уже все всполошились, позвали взрослых: смотрите, среди нас — какой-то больной… И тоже, что оказалось: в семье ему успели наговорить такого про ситуации, когда дети остаются одни, без присмотра, что это для него — уже всё равно, как снять перед классом не только рубашку, но и трусы! А потом нам объясняют: хотелось, чтобы он «не связался с плохой компанией», «хорошо себя вёл», и всё такое… Или ещё варианты детских «пороков и прегрешений»: откуда он такой, что хочет учиться на программиста, работать с компьютером — если родители в свои 17 лет уже были трактористами в колхозе; или — почему всё возится с радиосхемами, увлёкся фотографией: не иначе как опять же назло родителям, которые с трудом заработали деньги, чтобы набить квартиру дорогой полировкой?.. То есть, что получается: выбирай между семьёй и призванием? Любимое дело — преступление перед старшими, которые о тебе заботятся? А то и, страшно сказать — перед сaмoй моралью общества, памятью павших на войне? Да, есть такие — не гнушаются спекулировать и на этом! И уже тут, у нас, как дойдёт до дела — чуть не колотя себя кулаками в грудь, начинают доказывать: да мы воевали ради них, голодали ради них, мы дали им всё, что можно — и вот их благодарность!.. Или так: знаете, как трудно работать, трудно добиться этой квартиры, дачи, заработать на автомобиль — а они ничего не понимают?.. И приходится долго, тщательно, обходными путями выяснять: а что они вам сделали плохого, чем вас позорят? Разве программист — это что-то антисоветское, или равнозначное сутенёру в публичном доме? Ну, а что для вас лично верхом устремлений была профессия механизатора в колхозе — так кто вам виноват, что вы — 35-го года рождения, а он — 60-го? И просто ориентируется на то, что в порядке вещей для его поколения? Ну, то есть конкретно этот случай, как вы поняли по датам — был несколько лет назад…