— Давай саму идеологию оставим в стороне, она ни при чём, — сразу ответил Кламонтов. — Просто не надо представлять только входящему… вступающему в жизнь поколению всю интеллигенцию как свалку реакционеров и психопатов, и тем более — заявлять, что без подневольной чёрной работы передовой человек не сформируется. Иначе, что — и коммунизм невозможен, поскольку для прогресса необходимы нищета и рабство? Да и так ли всё просто: материальный производитель прав, потому что — материальный производитель? Но вот что верно… Другие замечают расхождение реальности с идеалом, и только — а ты явно думал, как изменить всё к лучшему! И твоя ли вина — если тебе подсунули то же, что и твоим сверстникам, которых ты опередил в развитии, научили держаться примитивных схем как чего-то единственно правильного и святого?
— Разве я… опередил? — не согласился Саттар. — Из чего это следует? Когда, я же смотрю: все вокруг держатся увереннее меня, за словом в карман не полезут…
— И у меня бывают трудности с речью, — напомнил Кламонтов. — И всё же я — опережающего развития, как и ты, и Вин Барг. Но дело вот в чём… Ты читаешь и слушаешь то, что, как принято думать, рассчитано на твой возраст — хотя это иногда явно не твой уровень! Рассчитано на поверхностное… несерьёзное восприятие — а ты стараешься воспринять глубоко! А насчёт уверенности… Так легко ли быть уверенным тому, у кого рано развиваются не те способности, что могут сразу поразить кого-то — как к музыке или математике — а скажем, общественного деятеля, кинорежиссёра, философа? И легко ли проявить их на практике в 16 лет? Когда тебе навязывают то, что якобы годится только для «несерьёзного» возраста — а ты, давно уже зрелая личность, вынужден принимать это всерьёз — и школьную нагрузку с тебя никто не снимает? И одни предметы важнее для тебя… увлекают больше, чем другие — а учителя возмущаются, что ты не ко всем одинаково способен? И подумай только: учитель знает один или два своих предмета, и ему достаточно — а ученик на том же уровне должен знать все! Какой-то уже сверхчеловек получается, не правда ли? Но вот обязанности сверхчеловека на тебя взвалили — а как с правами? Можно запросто выгнать с урока и поставить двойку — только за то, что ты не в школьной форме, или твоя причёска им не нравится? Хотя сами ходят в чём вздумается, и совершенно не видят разницы между теми… кто по глупости таскает в школу западные тряпки — и кому просто неудобна эта форма, или не подходит короткая причёска… Будто ты — не индивидуальность с какими-то своими особенностями… пусть чисто внешними… и из тебя можно делать посмешище в угоду их диким понятиям? Им можно надеть то, что больше подходит, а тебе нельзя, ты человек второго сорта… И даже если тебе не нравится, что тебя втягивают в драку — учитель только и ответит: надо уметь защищаться… Так кто же ты для них — человек или… животное в зоопарке? Они — люди, их обидеть хоть словом — уже скандал, а с тобой… позволено всё? Ты — не наравне с ними? Так откуда взяться уверенности?
— И я… вообще помню! Но — вообще. Ничего конкретного…
— А ты, повторяю — и развиваешься быстрее, чем они в те же годы! И как представитель поколения, за счёт акселерации — и в сравнении со сверстниками! И видишь, что эти взрослые в общем ничем тебя не превосходят, да и многих твоих сверстников — тоже! Но что слышишь от них? Что ты должен уважать и почитать их как-то особо… за то, что они сделали для твоего поколения? И тут же: что само твоё поколение вообще с книгой в руках представить нельзя, разве что… порнографическим комиксом? Ведь так думают о нас некоторые старшие? Мы не хотим учиться, работать — только развлекаться, пьянствовать, буянить! Тянемся к Западу… к богатству… А вот они — хорошие: умели в своём детстве колоть корову, доить дрова, и всё такое…
«Что я сказал не так? — сразу забеспокоился Кламонтов (там). — Не могу понять…»
— …Хотя мы сейчас, в городе — наверно, и коров дома не держим, и уметь должны в первую очередь не это! Но всё, что важно сейчас — для них «не то»! Вот что было в их юности — правильно и неоспоримо! А дальше всё — одни грехи… перегибы… в общем, распад! Но как думаешь: можно так — о целом поколении? Справедливо это?
— Нет, конечно, — ответил Саттар. — Хотя в практических вопросах старшие в том же возрасте были и взрослее, и серьёзнее…
— Что ж… доить дрова умели, это верно, — Кламонтову вновь показалось, что он оговорился (и вновь не понял, в чём). — А вот задуматься в твоём возрасте о глобальных проблемах: вопросах разоружения, охраны природы? Как думаешь — это они могли?