«Спорное всё же, — подумал Кламонтов. — Но чувствую: как бы я! Узнаю свои сомнения! Хотя наоборот, взрослые закрыты от астрального мира…»)
«…— Вопрос корреспондента газеты «Пэтриот», Индия, — прочёл Кварцхава. — Кажется, это тебе, Мирдза Яновна…» (Полностью — то, второе имя?) «… «Неужели вы как женщина и мать, можете смириться с такой перспективой? Считаете ли вы, что в будущем люди откажутся от радости материнства?»
— А в чём она — радость материнства? — стала отвечать Мирдза Кулберг. — В том, чтобы передать потомству дефектные гены и видеть, как оно страдает? А ведь каждый ребёнок — это личность. И если кто-то, сознавая, что по данным генетической экспертизы ему противопоказано вступать в брак, тем не менее рвётся к минутному удовлетворению своих инстинктов — сознавая и то, что потомство будет расплачиваться всю жизнь…» (Пропуск.) «…И разве само материнство — в том, чтобы непременно в муках исторгнуть кого-то из себя? А не — в том, чтобы ввести его в жизнь уже самостоятельным, способным делать добро и избегать зла? И это — не удовлетворение инстинктов, это — великая ответственность. Киборг по проекту должен достигать нашего уровня совершеннолетия почти за год — но весь этот год придётся максимально удовлетворять его потребности в притоке новых знаний…» (Пропуск.) «…Причём и «обычное» материнство требует от человека специальной подготовки — вот только не все и не во всех странах хотят это понимать…» (Пропуск.)
— Жаль, много пропущено, — прошептал Вин Барг. — Хотя наверно, и было излишне резкое: против «суеверий», против «империализма», как и у него…
— Так это… её? — понял Мерционов. — Жильцовой? Но как же так? Почерк!..
— Тут он скоростной, — объяснил Вин Барг. — Быстро пришедшие на ум, и быстро записанные мысли. Не так, как… где эти круги, спирали, стрелки…
— И от чего их заставило отказаться, отречься? — прошептал Мерционов. — Что тут не так?..
«…— Вопросы обозревателя агентства Киодо Цусин, — прочёл Амантаев. — «Насколько обоснованны слухи о том, что киборги вытеснят человека из всех сфер его деятельности»? Такой реальной угрозы нет. Мы предполагаем, что между людьми и киборгами произойдёт разделение труда. Профессии, порождённые научно-технической революцией, достанутся в основном киборгам, а древние, с многовековой историей — людям. Нет, разумеется, каких-то жёстких ограничений поставлено не будет — но уже ясно, что киборги не смогут и не станут браться за тяжёлую и малоквалифицированную физическую работу, особенно — в сельской местности. Преимущество человека — в том, что он лучше чувствует и понимает мир органики, а киборга — в его близости к миру техники…» (Пропуск.) «…Второй вопрос: «Не будет ли со стороны киборгов угрозы культурным ценностям человечества?» Понятие «культурные ценности» слишком широко. Люди разных взглядов вкладывают в него разное содержание. Да и с течением времени сами культурные ценности нередко переходят в разряд отжившего…» (Пропуск.) «…Конечно, есть произведения искусства, интерес к которым не ослабевает веками…» (Пропуск.) «…Скорее всего, наши потомки — люди и киборги — будут с отвращением относиться к идеализации кровавых нравов предков, которую они там найдут. Да и нельзя требовать от человека знания классической литературы всех времён, Сейчас, в двадцать первом веке, как никогда прежде важно разбираться именно в современности…» (Пропуск.) «…новыми поколениями будет отбрасываться то, что утратило актуальность и не потеряло при этом ценности в каком-то другом аспекте…» (Неясно! Описка? И пропуск — большой, во много строк.) «…И наконец, четвёртый вопрос: «Допустим, что все наши предыдущие опасения необоснованны. Но не будут ли отвергнуты киборгами национальные культуры?» Мы предполагаем, что киборги будут перенимать национальности людей, взявших их на воспитание, но не исключена и возможность их объединения в особую нацию…» (Пропуск.)