– Ланочка! Сестричка! – Заряна подхватила Лану, закружилась с ней будто с лишайным енотом, а после оттолкнув в толпу любопытных старцев, обратила внимание на лиса. – Обратись хоть на миг, мой сахарный лисёнок. Позволь поглядеть на твоё второе личико, милый суженный. Ну что за глазки… Что за носик…
– И-и т-ты бли-листа-е-ешь, как пол-лная го-горсть звёзд-д-д-д... – пробираемый ознобом отвечал лис, не зная куда глядеть, не зная, как выскользнуть из змеиной хватки.
– Будет так сладко тебя кусать…
– Он робкий и суеверный, – Лана ударила змеицу по рукам. – Не нужно его трогать до свадьбы!
– Ручки твои чудо, нечета моим. Никто в мире, ни смертный, ни бессмертный, ни колдун, ни кухарь не начистит самовар лучше милой Ланы! Ланочка, сестричка, сделай милость. Помоги мне подготовиться к свадьбе, почисть самоварчик. Без тебя мы никак не управимся!
***
– Ты что творишь, окаян... Что соизволишь творить, благословенная ученица?! – не понимал лис Иван, ворвавшись на пещерную поварню.
На нём был нарядный кафтан с расшитым каменьями воротником-козырем и касающимися пола рукавами. Оборотень признавал, что воротничок чудесен, что исключительно благодаря ему острый лисий ум ещё пока на месте. Но не думает ли степная ведьма, что обменять молодость на воротник – не очень выгодная сделка? Лисы дельцы, лисы знают, что выгодно, а что нет. И подарить талантливого творца любвеобильной ехидне – верх убытка!
Велика и необъятна была горная поварня. Вяленое мясо всяких форм и со сякими пряностями обветривалось под потолком. Корзины с фруктами и овощами пленили ароматом и спелостью. Бутыли и бочонки с винами, ягодными настоями и медами испещряли увешанные букетами стены тенью. Переливая, помешивая, нарезая, замешивая, заквашивая или укладывая по кухне носились разномастные повара, поварихи и поварята. Бурление в котлах и шкворчание на сковородах занимало их внимание, не позволяя отвлечься хоть на секунду и прогнать любопытного щегла с кухни, что прятал в рукава свадебного наряда копченные окорочка и дырчатые сыры. Лана нависала над пузатым самоваром, усердно натирала медные бока.
– Давай перехитрим змею, пока она нас не перехитрила! – предлагал лис Иван, не в силах признать, что явился он за Ланой только потому, что не может самостоятельно отыскать выхода из пещеры. Наложила летавица заклятие: любая из дверей ведёт в какую угодно расписную пещеру, да только не туда, где гремят полуночницы костяными бубнами, восхваляя красу холодной ночи. – Почему ты её случаешься?! Разве ты не царевна?!
– Я царевна... Царевна, чьи руки сильны! – напомнила Лана. – Никто лучше меня не начистит самовар. Иди готовься к свадьбе, женишок. На свадьбе твоей и встретимся.
[П1]Дагон Дагонович – в сказках так нарекали водного царя, чьим детям не было числа.
[П2]Грязник – одно из народных старорусских названий ноября.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов