А вообще-то, конечно, самыми престижными в этом году были "Улитка" и "Интерпресскон" по большой форме. Потому что их получил я.
6. Не может быть абсолютно объективной премии, и поэтому не может быть самой престижной премии, как не может быть самого престижного жанра литературы и самого престижного направления в литературе. Каждое направление должно иметь свою премию, и это будет только способствовать кристаллизации направлений и расширению их спектра. Что же до меня — дескать, "как выглядит неучастие "Гравилета" в финальном списке…" — то смотрите сами, как оно выглядит. Я поясню лишь вот что.
Чертков, который накануне "Интерпресскона" позвонил мне и предупредил, что я даже в кандидаты рожей не вышел, был, похоже, огорчен этим обстоятельством куда сильнее меня. Меня же сей факт не столько уязвил, сколько заставил на некоторое время заподозрить, что, сам того не заметив, я уклонился от столбовой дороги развития отечественной словесности в какие-то архаичные слюняво-сопливые буераки, и среди пишущих настоящую прозу настоящих мужчин мне не место. О чем я и сделал соответствующее представление Стругацкому в первый же вечер в Репино. Попытавшись переубедить меня и не преуспев, Борис Натанович попросил меня потерпеть с выходом из жюри "Странника" хотя бы до окончания кона хотя бы из уважения к нему, Борису Натановичу, и к его здоровью. Безусловно, именно так я и поступил — хотя подобная постановка вопроса не могла не сказаться, в свою очередь, уже на моем собственном здоровье.
Однако, наблюдая, как развивались события дальше и, в частности, заслышав чудовищные и реально ничем не подкрепленные обвинения жюри "Странника" в пристрастии, жульничестве, продажности и коррумпированности, поняв, что мой уход будет воспринят не как акт личного художественного выбора, но как доказательство мафиозности остальных Странников, я счел, что взрывать изнутри "Странника" и сложившиеся вокруг него структуры будет делом куда более недостойным, нежели просто оставаться в этих структурах в постоянном меньшинстве. Нас — это слово каждый понимает по-своему, но все же понимания эти в изрядной степени совпадают — так вот нас и так немного. И если одни из нас будут ломать то, что удалось создать другим из нас, грош нам всем цена. Я говорю уже не только о "Страннике".
7. Мала вероятность, мала. А вероятность того, что Лазарчук получит Нобелевку, велика? А вероятность того, что Столяров еще раз получит Беляевку, велика? Что же им, прекращать писать, если не велика? Вы просто с ума посходили с этими премиями! А вероятность того, что тридцатитрехлетний шкет Рыбаков поручкается с тов. Воротниковым и навечно станет самым молодым лауреатом Госпремии РСФСР (навечно — ибо страны с таким названием уже нет) была велика? Ну, получил. Лучше стал после этого, что ли? Выше ростом, краше ликом, умней умом? "Роман-газета" его публиковать начала?
Конечно, премии и связанная с ними реклама добавляют весу. Правда, иногда и убавляют, но это особая статья. В определенной степени премии стимулируют творчество. Но почему премию, задуманную как стимулятор некоего направления — пусть даже так, хотя и это не факт — обязательно нужно переломить и приспособить к более близкому тебе направлению? Кто тут кого стремится подавить?
8-9. Хватит. Пишите, как нравится — какую-нибудь премию да получите, если уж так взяло за живое. Премий уже шесть, а то и семь, а приличных фантастов человек двадцать от силы. Через три года все там будем.
10. Приглашение в жюри "Странника" я расцениваю как признание своих литературных заслуг, которые "Терра" отнюдь не склонна была отдать в пользование какой-либо иной группировке, а желала тихо утилизировать и нейтрализовать в кругу, как сказал бы Тюрин, друзей.
11. У меня нет мнения по этому вопросу.
12. Плоховато отношусь. Но, опять-таки, добрее надо быть, терпимее. "Терра" издает книг все меньше, и когда удастся переломить эту тенденцию, никто не ведает. Не исключено, что для учредившего премию издательства это был единственный шанс получить собственную премию, потом уже было бы не за что. Поймем — и простим. Ведь издательство-то хорошее, премии всяко достойное! Почему все об этом вдруг забыли?