Но когда Шолохов начинал писать роман, он мыслил иначе. Вчитаемся в черновик первой книги романа:
“В последнюю турецкую кампанию [пришел] вернулся в станицу тогда еще молодой казак Мелехов Прокофий”. Контекст фразы убеждает нас, что речь идет о “последней турецкой кампании” применительно к жизни “тогда еще молодого казака” Прокофия Мелехова, а не относительно развертывающегося действия романа . Ибо “последняя турецкая кампания” по отношению к 1912 году, то есть к началу действия “Тихого Дона”, была кампания 1877 — 1878 годов. Естественно, с 1878-го по 1912 год, то есть за тридцать лет, род Мелеховых-“турков” возникнуть не мог.
Из контекста черновика явствует, что поначалу речь в романе шла о русско-турецкой войне 1828—1829 годов, завершившейся Адрианопольским мирным договором, — в этом случае все встает на свои места. Примерно в 1830 году у Прокофия родился от “турчанки” сын Пантелей; столь же ориентировочно в 1850 года у Пантелея родился сын [Андрей] Семен; около 1870 года — внук Пантелея Иван [Андреевич] Семенович и, наконец, в конце 80-х — начале 90-х годов — правнуки Пантелея Прокофьевича Петр и Григорий, правнучка Дуняшка. Судя по первоначальному слою черновика, в 1912 году им приходилось примерно: Григорию — 20, Петру, который был на три года старше, — 23 года, а Дуняшке — 11 (в другом месте — 12) лет; [то есть Петр родился в 1889-м, Григорий — в 1892-м, Дуняшка — в 1900—1901 годах]. Их отцу, Ивану [Андреевичу] Семеновичу было в момент рождения старшего сына около 20 лет, а к моменту женитьбы Петра (в 1912 году у него уже первенец в люльке) — 40 лет.
Год рождения Григория Мелехова (1892) соотносится с принятием в 1912 году присяги и уходом в январе 1914 года его в армию. Соотносятся они и с биографией прототипа Григория — Харлампия Ермакова, который, судя по материалам его “расстрельного” “дела”, хранящегося в Ростовском ФСБ (о нем подробнее — позже), родился 7 февраля 1891 года, был призван в армию, соответственно, на год раньше — в январе 1913 года.
Как видим, вырисовывается прозрачная и стройная картина от русско-турецкой до германской войны, где все по времени — как всегда у Шолохова — выверено и согласовано. Эта картина сохраняется на протяжении всей черновой первой части романа, где в качестве отца Григория и Петра действует Иван Семенович. И даже первый прорыв в новую ситуацию: выкрик соседки в черновике про “Пинтялея-турка”, дети которого едва не поубивали друг друга вилами, не изменил положения. Наказывать разбушевавшихся на поле сыновей в черновике романа едет не Пантелей Прокофьевич, а Иван Семенович.
И только завершив первую часть романа и начав ее переработку, Шолохов принимает принципиальное решение: сократить родословную Мелеховых на два звена — убрать из повествования Ивана Семеновича и его отца, [Андрея] Семена Пантелеевича, — и передать имя Пантелея Прокофьевича отцу Петра, Григория и Дуняшки.
Но решение это влекло за собой основательные перемены в тексте, и они отражены на страницах черновика первой части романа. Поскольку родословная Мелеховых сокращалась на два колена, необходимо было сократить и временной исторический период действия романа. Русско-турецкая война 1828—1829 годов уже не могла служить его отправной точкой. И в то же время “турецкая кампания” была нужна Шолохову: без нее у казака Прокофия не могло быть жены-турчанки.
И Шолохов переносит возникновение рода Мелеховых-“турков” с 1828—1829 годов на 1853—1856 годы — время Крымской войны 1853—1856 годов, которую Россия вела с европейскими странами и с Турцией.
И тогда в романе выстраивается следующий временной ряд: в 1856—1857 годы — возвращение Прокофия со службы вместе с женой-турчанкой и рождение Пантелея. В 1892 году, когда Пантелею Прокофьевичу было уже около тридцати пяти лет, — рождение Григория.
Но как быть с Петром? По черновику, он был старше Григория всего на три года. Следовательно, первенец в семье Мелехова должен был бы родиться в 1889 году, когда Пантелею Прокофьевичу было 32 года. Многовато для казака, который женился, как правило, в ранние годы. И тогда Шолохов увеличивает разрыв в возрасте между братьями: в окончательном тексте Григорий моложе Петра не на три, а на шесть лет. В беловом варианте вначале значилось “на три года младше” , но потом “три года” зачеркнуто и написано: “на шесть лет”.
С этим же связана и запись на полях 5-й страницы черновика, которая писалась 16 ноября. На поле красным карандашом написано: “Показать старика” и далее — фиолетовыми (а не черными, как вся страница) чернилами: “ [На сорок в] ; [48 12 — 48 — 19]; [На 48-м году женил Пант.]; [Перевалило Пан. Прок. за]; [Подступило П. Пр. под] пятьдесят лет, когда женил старшего сына Петра. За тридцать лет помимо косяка лошадей и трех пар быков нажил П. Пр. двух сыновей и дочь. Старшего Петра женил, младший Григорий [коха] ходил в парнях, а Дуняшка встречала весну”.