— Моя супруга и дочери всегда с пониманием относились к службе мужа и отца. Семейные отношения целиком были подчинены интересам моей службы, — рассказывает Вячеслав Алексеевич. — Лиза — настоящая офицерская жена. Воспитание дочерей Ирины и Лизы полностью легли на ее плечи.
Сегодня старшая дочь Ирина вместе с мужем после окончания института и консерватории преподают музыку в Вологодском педагогическом университете. С малолетства дочери были приучены к самостоятельности. Вот и младшая дочь Елизавета преподает музыку в сельской школе.
Когда я спросил, а почему он младшую-то дочь в город не переведет, ведь адмирала многие знают, уважают и, безусловно, помогли бы, Вячеслав Алексеевич ответил: “У меня дети всегда самостоятельно решения принимали и сами пробивали себе дорогу в жизни. Без отцовской поддержки”. Нетипичная ситуация по нынешним временам, вызывающая уважение к семье Поповых.
* * *
Став командующим, он продолжает проявлять заботу о детях. Устраивает ребят в Нахимовское и военно-морские училища, следит за их учебой и успехами. Это не чудачество — забота о будущем флота. Ведь не секрет: в подводных силах России, в том числе и на Северном флоте, сложились офицерские династии. Сыновья идут по стопам отцов.
Моряки срочной службы для него — тоже дети. Казалось бы, у командующего времени в обрез. Как-никак под его началом морская составляющая ядерных сил сдерживания России, целый флот. А он едет к морским пехотинцам на учения и школит офицеров, чтобы учили ребят воевать. Как в воду глядел, предвидя участие морских пехотинцев Северного флота в боевых действиях по наведению конституционного порядка в Дагестане и Чечне. Так уж случилось, что трижды довелось мне присутствовать в его поездках к морпехам. И в сугробах полигона видел я Вячеслава Алексеевича, беседующего с морпехами, и на берегу бухты, где они тренировались в высадке из десантных кораблей, и на полуострове Средний во время учений бригады морской пехоты, стремительно атаковавшей рубежи, где в годы Великой Отечественной войны советские солдаты так и не пропустили врага, и во время подведения итогов боевой учебы. Строго спрашивал командующий с офицеров за качество отработки учебно-боевых задач. Кому-то, может быть, и не нравились эти нахлобучки. Зато, когда пришла пора на деле показать себя, не оказалось равных в Чечне морским пехотинцам. Да, были и среди них жертвы, но несоизмеримыми оказались потери морской пехоты по сравнению с другими частями и соединениями. А что касается боевиков, то они опасались появляться там, где занимали боевые позиции североморцы. Ну как тут не вспомнить суворовскую заповедь, которой руководствуется адмирал Попов: “Тяжело в учении, легко в бою”.
Не забыл командующий морпехов и в Чечне. 28 марта 2000 года отправился он в район боевых действий, чтобы лично убедиться, как обустроились, не испытывают ли в чем нужду, морально поддержать, вручить награды. Побывал на всех блокпостах, во всех ротах, на артиллерийских позициях, у связистов. Мог и не лететь. Но полетел.
Есть немало и других примеров, характеризующих Вячеслава Алексеевича как человека, для которого жизнь моряка имеет высочайшую ценность. Об одном таком случае вице-адмирал Попов рассказал, когда мне довелось брать у него первое интервью после его назначения на должность командующего Северным флотом. В 1985 году, старшим на борту в должности заместителя комдива, он ушел на боевую службу в Атлантику. На переходе произошло непредвиденное: к врачу подлодки обратился матрос Зайцев с жалобами на боль в животе. Полагая, что у матроса аппендицит, врач начал операцию. На деле все оказалось гораздо серьезнее — прободная язва двенадцатиперстной кишки. И Попов принимает единственное решение, которое могло спасти матроса. Дает команду лечь на обратный курс. “Неслись домой через два моря на всех парах, — рассказывает Вячеслав Алексеевич. — Матросик лежал с разрезанным животом под постоянным наблюдением врача. Выгружать его пришлось через торпедно-погрузочный люк. Сложно, но справились и с этой задачей. Главное, остался он жив и здоров”. К слову, за все двадцать пять боевых служб Вячеслав Попов не потерял ни одного подчиненного.
— Удачливым я был командиром, — сказал Вячеслав Алексеевич. Я подумал, Попов о карьере, продвижении по службе будет говорить, а он продолжил: — Ни разу не возвратился в базу с приспущенным флагом. Да, были пострадавшие, обожженные, но погибших не было.