Уля, кстати, после Павлика стала встречаться с доцентом ДВГУ Яковом Феликсовичем Нудманом — лощеным 50-летним дэнди с кафедры зарубежной литературы филфака. Яков Феликсович гулял по центру Владивостока под ручку с красивой студенточкой, пил с ней пиво в Покровском парке после пар, но, конечно, в отличие от Павлика, планов жениться на ней не имел, так как уже был женат, имел троих детей и разводиться не собирался. А еще через год Павлик узнал, что с Улей встречается его сосед по общаге Кирилл Разумовский. Когда Уля и ему сказала, что «не видит смысла», Павлик (учившийся уже на четвертом курсе и ухаживавший за первокурсницей Полиной Фамусовой) зашел к нему в комнату с пивом и поздравил его со вступлением в клуб.
— Какой такой клуб? — обиделся Кирилл.
— Аббревиатура такая: КЛУБ. Сокращенно «Клуб любителей Ули Банкиной»!
— А-а-а! — ухмыльнулся Кирилл, и они с Павликом распили принесенную бутылку пива. К пятому курсу в «КЛУБ» был торжественно принят фидошник Тип (Витька Шишкин с матфака), который переживал разрыв с Улей тяжелее всех. Он даже, вопреки своим убеждениям, стал регулярно принимать душ и менять носки, но Улю это уже вернуть не помогло. Потом, через много лет, Уля Банкина напишет Павлику письмо, в котором расскажет, что вышла замуж и развелась, но «помнит, помнит!» Однако, как пел Тальков, несвоевременность вечная драма, и возвращаться к Б. У. Павлик не захотел (особенно ему претило воспоминание о затесавшемся среди членов КЛУБа Якове Феликсовиче Нудмане). И на письмо отвечать не стал.
С Полиной Фамусовой Павлик познакомился летом перед четвертым курсом. Он пошел в клуб BSB, где официанткой работала та самая Олеська Захарова, подружка Ули Банкиной, с которой они когда-то пили портвейн в университетской столовой. Без какого-либо подтекста: просто Олеське ночью после смены было страшновато одной возвращаться в общагу, вот Павлик и составлял ей по-дружески компанию. В то время, когда Уля отшила Павлика, Олеська была влюблена в Мишу Стебанцова, который был влюблен в Лилю Загитову, которая была влюблена в солиста LightDeah Metal группы KEEN по кличке Блондин. В саму Олеську тогда уже, кстати, был влюблен ее будущий муж Саша Вершков по кличке Аутсайд, друг, однокурсник и сосед по комнате Майкла Стебанцова. Но она об этом еще не знала, поэтому домой с работы ее провожал Пашка Морошков.
И вот, в самом конце Олеськиной смены, когда диджей объявил последний медляк под композицию «Проститься» группы «Уматурман», Павлик, допив свое пиво, решил пригласить какую-нибудь прекрасную незнакомку. Подошел к невысокой курносой девушке с черными волнистыми волосами, стоявшую посреди своих подружек — ну вылитая Афродита среди нимф! — и они станцевали последний танец. Потом Павлик с Олеськой ушли в общагу, и прекрасная незнакомка, казалось, была забыта… но 1 сентября он увидел ее на журфаке: она оказалась в числе новых первокурсниц! Это судьба, решил Павлик, и стал искать повода проводить красавицу — хотя бы до остановки троллейбусов.
После десятых проводов он, не откладывая в долгий ящик, признался ей в любви, на что Полина ответила в духе «насильно мил не будешь».
Узнав, что фамилия Полины — Фамусова, Павлик взял себе в «ДВВ» псевдоним «Стас Чацкий», которым подписывал свои самые остросюжетны репортажи, а также все колонки криминальной хроники. Но все было напрасно: Полина осталась глуха к его потугам. Возможно, будь Павлик столь же решителен, как неизвестный воздыхатель неустановленной Лены, жительницы нечетной комнаты общаги №3 (и не факт, что это известная нам Лена Стогова, не факт!), и нассы он красивым почерком в сугробе под окнами первого этажа высотного дома на проспекте Красного Знамени «Полина, я тебя люблю!», ему бы удалось тронуть сердце красавицы. Но Павлик не нассал и сердца не тронул.
Зато точно известно, что с Улей Банкиной номер с ссаниной бы не прошел: ее окна мало того, что находились на 11-м этаже, так еще и выходили на спуск с сопки, так что ближайшие сугробы, которые Уля могла бы углядеть из своей спальни, находились по ту сторону бухты Золотого Рога. И чтобы буквы заветных слов были различимы с такого расстояния, для их выведения Павлику пришлось бы подключить все мужское население общаги №3, напоив его (население) предварительно пивом из расчета по два литра на рыло. Ну или даже скорее общаги №2, потому что склон сопки Орлиное гнездо тоже был виден из окон Ули Банкиной. Любовь Павлика была сильна, но на такой подвиг не способна. Хотя, возможно, ей таких подвигов и не требовалось, достаточно было бы просто хорошего секса.