Последний штрих осмотра явно диссонировал с заявлением гражданки Сыромяцкой и с первыми впечатлениями от жилого помещения. Убедившись в том, что укроп пахнет укропом, что пепельница пахнет жженым чаем «Голд Бонд», а парни пьют этот самый чай, милиционер вынес им устное замечание в связи с несоблюдением ночного режима тишины и отбыл в свой участок.
Похожую историю Павлику потом рассказал Витька Булавинцев. По его словам, он в 1990-м году умудрился продать гопникам из своего двора три брикета сушеного горохового супа из армейских сухпайков, убедив дегенеративных сверстников, что это элитный кубинский каннабис, привезенный его дядей из загранкомандировки. Гопники, купив первый брикет за 50 рублей (еще советских, до гиперинфляции), выкурили его в своих подворотнях, а затем еще дважды требовали от Витьки продать им такие же, пока их всех не призвали в Советскую армию.
И вот теперь Павлик с другом Пашкой Окуневым ехал в Покровку, чтобы столкнуться с настоящими наркоманами и настоящим наркобизнесом. В Покровке оба Пашки завалились в поселковую администрацию, где в канцелярии секретарша шлепнула им печати в командировочных, а затем расстались: Павлик пошел заселяться в гостиницу, а Окунь поехал на маршрутке дальше — в деревню Синельниково. Потом Павлик поставил на уши покровские милицию и госнаркоконтроль, и выделенные ему три оперативника на уазике два дня бороздили улицы и шерстили поставленных на учет домохозяев. У одного они давно заприметили в огороде высоченный — в два человеческих роста — куст конопли, и теперь в присутствии краевой прессы трясли незадачливого плантатора на предмет признательных показаний. Впрочем с того куста при всем его великолепии по закону нарушителю грозил лишь административный штраф: для уголовной статьи кустов должно было быть не менее трех. Фотография этого растения и украсила общий репортаж Павла Окунева и Павла Морошкова, в котором последний рассказал о трудовых буднях госнаркоконтроля. А Окунь — о том, как приехал в Синельниково, три дня бухал с местными и уехал, записав в толстую тетрадку заказы от каждого жителя деревни: кому мопед Yamaha, кому ребенка в школу одеть, кому новые колеса на старенькую тойоту короллу, а кому просто денег. Но большинству заказчиков требовались китайские «колеса» вовсе не для автомобилей. Взамен заключенные Пашкой колл-опционы в тетрадочке предусматривали поставку в августе целого грузовика сушеной конопли. После выхода репортажа над окрестностями Покровки неделю летал вертолет Госнаркоконтроля, искавший засеянные коноплей поля и лесные делянки. Но ничего не нашел.
Глава 11
О рождении, смерти, надежде и гордом Варяге
— Все, короче, я увольняюсь! — огорошил всех, заходя в ньюс-рум «ДВВ» Витька Булавинцев. — Сегодня, Пашка, вдвоем сходим в магаз, куплю все для отвальной. Две недели и адью! Прощай Владивосток, привет Набережные Челны!
Дело было так. Три месяца назад Витька заявился к Папе Артушу с просьбой выдать ему заем в 30 тысяч долларов на покупку трехкомнатной квартиры: у главреда «ДВВ» родился третий ребенок, и это стало очень актуальным. Папа Артуш, который платил Витьке огромную по тем временам зарплату в 1200 долларов в месяц, заем выдал — без процентов, но с тем, чтобы удерживать какую-то сумму из каждой зарплаты — на разумное усмотрение работодателя. Витька благополучно купил квартиру, справил новоселье… и вдруг на следующий месяц вместо тысячи долларов получил двести, потому что Папа Артуш решил заем вернуть себе поскорее.
Сначала Витька не понял. Пошел разбираться к шефу. Но тот был непреклонен: должен — отрабатывай и скажи спасибо, что проценты не капают. Однако с кем другим бы такое могло пройти, но не с Виктором Булавинцевым. На следующий день он написал заявление по собственному желанию, дал объявление в «Из рук в руки» о продаже квартиры, списался с какой-то редакцией в Набережных Челнах (откуда родом его супруга, и где у нее с жильем нет проблем) о будущем трудоустройстве, а главное — выставил на интернет-флудилке Farpost.ru на продажу свой архив журналиста-расследователя. «Продается архив журналиста-расследователя, — гласило объявление. — Документы оригинальные, копии, аудиокассеты, видеокассеты, дискеты, компакт-диски. Общий вес — 12 килограммов. Цена $100 за 1 кг».