Здесь Жюльетта опять уверила его святейшество в том, что знакома и с этой пыткой.
– Даниэль, – продолжал тот, – сообщает, что вавилоняне бросали осужденных в пылающие печи. Македонцы распинали их вниз головой. Афиняне вскрывали жертвам вены и помещали их в ванну, куда добавляли яд.
Римляне вешали мужчин за гениталии; им же принадлежит честь изобретения пытки на колесе. Обычный их метод четвертования заключался в том, что все четыре конечности обреченного привязывали к наклоненным до земли вершинам молодых деревьев, затем деревья отпускали одновременно, и жертва разрывалась на четыре части. Меттиуса-Суффетиуса {Диктатор г. Альба в VII в. до н. э., враг Рима, был пленен и казнен.} четвертовали при помощи четырех колесниц. Во времена императоров осужденных засекали кнутом до смерти. Или же завязывали жертву в кожаный мешок вместе со змеями и бросали в Тибр. А ещё человека привязывали к ободу большого колеса, которое быстро раскручивали сначала в одну сторону, потом, так же быстро, в противоположную, у несчастного все обрывалось внутри, и очень часто он блевал собственными кишками.
Великий Торквемада {Испанский инквизитор, прославившийся своей жестокостью.} любил присутствовать при пытках, когда щипцами терзали самые нежные части человеческого тела; иногда он приказывал сажать жертву на острый кол таким образом, чтобы основной вес приходился на крестец: в этой ужасной позе происходят сильнейшие конвульсии, и умирающий часто разражается жутким спазматическим хохотом {Интересно отметить, что испанцы – очень женственный народ, стало быть, очень короток шаг от изнеженности до жестокости. {Прим. автора)}.
Апулей описывает удивительную казнь, которой подвергли одну женщину: убили осла, вытащили из него потроха, в его шкуру зашили несчастную так, что торчала одна голова, и бросили на съедение диким зверям.
Тиран Максенций {Римский император, побежденный Константином.} привязывал живого человека к трупу и оставлял его заживо гнить и разлагаться.
Есть страны, где связанную жертву кладут возле костра, и пламя постепенно прожигает в ее теле отверстия, проникает внутрь и пожирает все внутренности.
Во времена «драгонад» {Преследования протестантов при Людовике XIV; назывались «драгонадами» потому, что в дома протестантов ставили на постой драгун, которые должны были вразумлять вероотступников.} женщинам, не желавшим целовать облатку, набивали в анус и во влагалище порох, и они разрывались, как бомбы.
Вы даже не представляете себе, какой любовью они воспылали после этого к телу христову и к тайной исповеди. И как можно не любить Бога, во имя которого творились такие славные дела!
Возвращаясь к классическим пыткам, напомню о Святой Катерине, которую привязали к бревну, утыканному гвоздями, и столкнули с крутой горы. Не правда ли, Жюльетта, приятный способ попасть в рай?
Можно вспомнить и многих других мучеников религии, чьим апостолом я являюсь скорее по материальным соображениям, нежели по убеждению: им втыкали под ногти иголки, поджаривали на угольях, опускали вниз головой в яму, где находились голодные собаки или змеи, и подвергали тысячам других мучений, которые трудно себе представить {Например, один за другим отрывали пальцы рук и ног, затем сами руки и ноги, зубы, глаза, нос, язык, прочие выступающие части тела, включая мужские атрибуты, а у женщин и клитор. (Прим. автора)}.
Перейдем опять к чужестранным обычаям. В Китае палач мог поплатиться своей головой, если жертва погибала прежде назначенного срока, который был, как правило, весьма продолжительным – восемь или девять дней, и за это время самые изощренные пытки сменяли друг друга беспрерывно.
Англичане рубили свои жертвы на куски и варили в котле, а в своих колониях истирали негров в порошок на жерновах для сахарного тростника, и смерть эта была столь же медленной, сколько ужасной.
На Цейлоне жертву заставляли есть свою собственную плоть или плоть своих детей. Жители Малабара – также лихие рубаки, причем пользуются кривой саблей. Кроме того, они бросают людей на съедение тиграм.
В Сиаме человека, попавшего в немилость, бросают в загон с разъяренными быками, и те пронзают его рогами насквозь и затаптывают насмерть. Король этой страны заставил одного мятежника есть собственное мясо, которое время от времени отрезали от его тела; те же сиамцы помещают жертву в сплетенный из лиан балахон и острыми предметами колют его; после этой пытки быстро разрубают его тело на две части, верхнюю половину тут же укладывают на раскаленную докрасна медную решетку, эта операция останавливает кровь и продлевает жизнь человека, вернее, получеловека.