– Тогда, – сказала я подругам, – мы трое находимся в завидном положении: у нас есть огромные богатства, и Фердинанд гарантировал нам абсолютную безнаказанность.
– Черт возьми! – воскликнула Клервиль. – Как воспламеняет меня эта сладостная уверенность! – С этими словами шлюха задрала свои юбки, расставила ноги, раскрыла пальцами нижние губки и продемонстрировала нам пунцовое, наполненное жаждой и ожиданием влагалище, которое, казалось, бросает вызов всем мужским органам Неаполя.
– Я слышала, в этом краю водятся великолепные копьеносцы, – продолжала она, – пусть Сбригани позаботится, чтобы мы не пропустили ни одного.
– Я ещё вчера обо всем договорился, – заявил с гордостью наш услужливый спутник. – Заплатил нескольким поставщикам, и теперь каждое утро в вашем распоряжении будут две дюжины симпатичных молодцев в возрасте от восемнадцати до двадцати пяти; я сам буду проверять их, и если, несмотря на мои строгие требования, вам попадутся негодные экземпляры, мы их тут же отбракуем...
– Какие размеры ты заказал? – поинтересовалась Клервиль, которую уже вовсю ласкала Раймонда.
– Вы не увидите ни одного меньше пятнадцати сантиметров в окружности и двадцати в длину.
– Постыдитесь, Сбригани! Такие размеры, может быть, и сойдут для Парижа, но здесь, в Неаполе, где растут чудовищные члены... Что до меня, я ни за что не соглашусь на меньшее, чем двадцать сантиметров в обхвате и тридцать в длину.
– Мы тоже, – в один голос заявили мы с Олимпией. – Пусть их будет меньше, но чтобы они были лучше...
– О чем вы говорите? – разволновалась Клервиль. – Я не вижу причин уменьшать их число. Напротив, кроме качества я требую количество. Поэтому, Сбригани, я прошу тебя доставлять нам каждое утро тридцать мужчин с размерами, о которых я уже говорила. Это будет по десять на каждую. Скажем, мы совокупимся с каждым по три раза – большего мне и не надо, хотя любая из нас, прежде чем выпить утреннюю чашечку шоколада, в состоянии загнать десятерых скакунов. С тобой разговаривает женщина, которой легкая утренняя разминка не помешает совершить в течение дня множество непристойностей; в самом деле, ведь только хорошенькая каждодневная плотская встряска помогает поддерживать нужное похотливое состояние, а для чего ещё созданы мы, как не для плотских утех?
Вместе с этими последними словами возбужденная до предела блудница изверглась в объятиях Раймонды.
– Пока ваши указания будут выполнены, – сказал Сбригани, – посмотрите, может быть, эти лакеи устроят вас; мне кажется, их размеры вам подойдут.
Тут же появились шестеро хорошо оснащенных громил ростом около ста восьмидесяти сантиметров.
– Клянусь своей куночкой, – проговорила Клервиль, чьи юбки все ещё были задраны до груди, – это то, что нужно! Дайте мне пощупать их. – Но ни одна из этих дубин не вмещалась в обе ее ладони. – Да, милые подруги, здесь есть, чем поживиться. Выбирайте сами, а я оставляю себе вот эту парочку.
– Одну минуту, – вмешался Сбригани. – Позвольте мне упорядочить ваши удовольствия: здесь нужна спокойная, уверенная рука, а вы все ошалели от похоти.
– Он прав, совершенно прав, – согласилась Клервиль, тем не менее поспешно сбрасывая с себя одежду, – пусть он возьмет на себя всю организацию, а я тем временем подготовлюсь.