Хватило студентов ненадолго. Уже к обеду стало понятно, что план никто не сделает, вообще-то это ох какой нелегкий труд. Энтузиазм падал на глазах, потому самое большое количество мешков студенты собрали в первый день. На второй день собранный урожай сократился в два раза, а когда молодежь посчитала те копейки, что заплатят, если все продолжат так работать, желание трудиться совсем пропало.
Зато все последующие дни были почти сказкой. Студенты собирали для виду по два-три мешка, потом разжигали костер, пекли эту самую картошку, слушали группу «Кино», потому что других кассет не было. Ну и, разумеется, не обходилось без спиртного, вот только запасы, привезенные из дома, быстро закончились, и вот возникла проблема — что делать дальше.
На вопрос, у кого есть деньги, все промолчали, лишь Зигун по простоте душевной ответил, что у него что-то завалялось, и вытащил из кармана все, что там было. Пара товарищей из группы, державшиеся вместе, переглянулись, и что-то в этом Зигуну не понравилось.
— Но это все, что у меня есть, — признался Зигун.
— Ничего, давай, — сказали ему, — потом по приезду скинемся.
— А сколько стоит водка? — не унимался Зигун, уже понимая, что дело нечистое.
— Как раз хватит.
За водкой надо было идти в деревню.
— Мы сходим, — сказала та странная парочка, с ними вызвалось пойти еще несколько человек.
Понимая, что на нем, видимо, хотят еще и заработать, Зигун предложил:
— Тогда я с вами, только переоденусь, — и метнулся в комнату переодеться.
Его не было буквально несколько минут, но когда он вышел, парней уже и след простыл. Сам Зигун дороги не знал, догнать приятелей не мог, потому расстроенный вернулся к себе.
Прошел час. Потом другой. Потом еще… В итоге парни вернулись. Оказалось, что их поймали деревенские, избили и отобрали деньги.
Теперь же Зигун призадумался: неспроста ведь он не пошел с ними, мог тоже попасть в разборки, и значит, тут поработали ангелы.
И таких историй можно было вспомнить еще много.
«Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали, люди, так поступайте и вы с ними; ибо в этом закон и пророки».
«Показывает краткий путь к добродетели, ибо мы люди и поэтому уже знаем должное. Если хочешь, чтобы благодетельствовали, благотвори; если хочешь чтобы любили враги, люби и ты сам врагов. Ибо и закон Божий и пророки говорят тоже, что повелевает нам и закон естественный». (Толкования на Мф. 7:12.)
Глава 9
Утром было очередное совещание, на нем составляли планы по реализации приговоров на ближайший квартал. Зигун слушал вполуха — приговоры его мало касались. При этом совещания нынче были сплошь однотипные: аварии, катастрофы, где-то землетрясения, наводнения, несчастные случаи — и остальные варианты исполнения приговоров.
— Семнадцатого октября на пятом шоссе на сто двенадцатом километре в четырнадцать ноль-пять бензовоз попадет в аварию с автобусом, — услышал Зигун. — Ангелам просьба быть внимательными, так как разлив бензина может быть неконтролируемым и привести к невинным жертвам. Просьба всем ангелам, у которых нет предписаний о назначении приговора на руках, оградить своих подопечных от поездок в этот район в это время.
Пятое шоссе… Это же где-то рядом с Машей, подумал Зигун, на секунду отвлекшись от своих мыслей, и снова погрузился в них, решив, что поскольку Машенька никуда не ездит, то волноваться ему не о чем.
* * *
День начался не просто плохо, а очень плохо. Ночью в небе столкнулись два самолета. В одном из них было много детей. Другой самолет был грузовой. Никаких операций при этом не планировалось, дежурным ангелом в ту ночь была Алёна, которую оставили одну, остальных отпустили отдыхать: какой смысл держать кучу ангелов в одном месте, если нет никаких операций.
Сразу после катастрофы были проведены оперативные мероприятия, взяты показания. Показания дежурного демона подтвердил Суркан. Показания Алёны подтвердил Егор. По его словам, он заходил на командный пункт и видел там Алёну — она была на месте. Больше никакой информации о причинах происшествия добыть не удалось, ну или кто-то ее аккуратно подчистил. Дело закрыли и списали все на человеческий фактор — мол, сами люди во всем виноваты, недосмотрели.