«А я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую».
«Злым Господь называет здесь дьявола, который действует посредством человека. Итак, разве дьяволу не должно противостоять? Да, должно, только не ударом со своей стороны, но терпением, ибо огонь угашают не огнем, а водою. Но не думай, что здесь идет речь только об ударе в щеку, но и о всяком другом ударе, и о всякой вообще обиде». (Толкования на Мф. 5:39.)
Как это — соблюдать и воспитывать на этом детей — Зигун не понимал. Ведь в зрелом возрасте, наверное, такое более доходчиво. Но если сказать ребенку, мальчику, что если тебя будут бить, то ты, милый, не сопротивляйся и подставь другую щеку, — что он должен был подумать?.. Зигун учил сына другому: если видишь, что драка неизбежна, а ты прав, то бей первым. Интересно, и сколько же черных шариков насыпали за это Зигуну…
Много, конечно, было за все эти годы и плохого, и хорошего. Хотя, признаться, действительно что-то значимое хорошее Зигуну вспомнить не удавалось. Но, может, это и правильно, ведь не должен человек запоминать свои хорошие дела: сделал хорошее дело — и забыл, пошел дальше.
В итоге же Зигун так и не мог понять причину того, почему он находится здесь, на небесах.
Глава 10
Тем временем Зигун вернулся к своей основной работе. Он целыми днями был со своей подопечной Машенькой, сдувая с нее каждую пылинку. Он понимал, что, кажется, перебарщивает, и ребенок должен падать и плюхаться, получать синяки и ссадины, но ничего не мог с собой поделать, всегда и везде подстраховывал.
Был выходной, и отец Маши решил выехать на природу с дочкой, в загородный зоопарк. Погода была чудесной, чему был рад и Зигун, решивший проветриться. Папа сел за руль, няню усадил рядом на переднее сиденье, Машу пристроили сзади в детском кресле. Было около часа дня.
Отец забил нужный адрес в навигатор:
— Так… приедем через час-двадцать, поедем по пятому шоссе.
Номер шоссе что-то напомнил Зигуну, но что именно — он не мог вспомнить.
Ехали весело. Дорога была сухой, машин было не слишком много, все было в порядке. Они проделали уже большую часть пути, когда машина заехала на заправку.
— Кому куда надо? — весело спросил глава семейства.
— Нет. Мы в машине посидим, — ответила няня.
— Сейчас заправимся — и поедем.
Пока стояли на заправке, мимо них проехало несколько машин в сопровождении черных, а потом и автобус с ними. Черные явно готовились к серьезной работе, и где-то должна была случиться беда.
Зигун посмотрел на часы — было 13:50, 17 октября. Только теперь он все вспомнил: сегодня авария на пятом шоссе, 112-й километр, в 14:05, бензовоз с автобусом — их предупреждали.
Папа Маши уже оплатил бензин и садился в машину. Сейчас он догонит автобус… и может случиться все что угодно. Как же Зигун мог забыть про этот день, почему не записывал ничего на совещании!..
Он лихорадочно думал, что же можно сделать. До аварии оставалось меньше пятнадцати минут. Точно определить, в каком месте в этом время окажется машина с Машей, Зигун не мог: слишком мало данных.
Пока он думал, машина тронулась. Автобус с черными умчался куда-то далеко от них. Может, не догоним, понадеялся Зигун.
Часы показывали 14:01, автобуса впереди не было видно. Маша тем временем пожаловалась, что ей надоело ехать, и ее папа чуть прибавил хода. В 14:03 Зигун увидел автобус, машина догоняла его так стремительно, что рядом они могли оказаться уже через несколько минут. Зигун торопливо придумывал, что же делать, ведь повлиять он мог только на Машу.
Вдруг Маша резко заплакала. При этом плач быстро перерос в крик. Няня пыталась успокоить ребенка, но у нее ничего не получалось. Она распеленала девочку.
— Нам нужно поменять подгузник, — обратилась няня к отцу Машеньки. — Остановитесь, пожалуйста.
Маша еще громче заплакала.
Было 14:04.
— Ну ладно, — папа остановился на обочине, съехав с трассы, и не успела няня достать девочку из ее кресла, как впереди, метрах в трехстах, послышался сначала скрип тормозов, а после громкий треск, за которым последовал столб огня. Зарево окрасило все небо, и жар чуть опалил даже машину семейства — настолько сильный оказался пожар.
Только сейчас, кажется, папа Маши понял, что в этом месиве должны были оказаться они. Поняла это и няня.
Няня быстро поменяла подгузник, и они молча сели в машину. Они до конца еще не могли осознать, что было бы, если бы не остановились.
Неподалеку уже начала образовываться пробка. Люди выбегали из машин в надежде помочь пострадавшим, но в этом огне никого уже было не спасти, поэтому оставалось только смотреть на ужасный пожар. Большинство же достали телефоны и снимали происходящее.