- Скажи, что ты ничего не видела,- чувство физического удовлетворения смешалось с удушающим чувством конфуза.
-У меня так лет с пятнадцати не было, когда я первый раз девушку поцеловал… как же стыдно!
Вика провела по саднящим губам пальцами, утирая капельки крови. Глаза невольно выхватили все еще не опавшее достоинство парня с приличным мокрым пятном на брюках. Серега стоял полностью сконфуженный, с выражением стыда, отчаяния и растерянности в глазах.
-Иди спать! Прости за причиненную боль! Я ж говорил, что зверею… Иди уже, Вика, не заставляй меня лишний раз чувствовать себя скотиной и дебильным пубертатом!
Вика скрылась в комнате и закрыла за собой дверь. Перед зеркалом осмотрела себя: губа прокушена и напухла, шея и грудь в засосах, сосок, сдавленный Серегой, нещадно ныл… «Как с поля боя!,,» На боку отпечатались следы от пальцев парня.
Спала она тревожно, часа через три поняла, что сна не будет. Встала, приняла душ, приготовила завтрак. Решилась пойти в спальню Сергея, он спал, раскидав свое большое тело на огромной кровати. Тихонько вышла в прихожую, оделась и захлопнула за собой двери. Прокушенная губа посинела и опухла, тело ныло, грудь отдавала пульсирующей болью. « Если бы дело дошло до большего, он, наверное, просто бы переломал мне все кости! Как я с этим справлюсь?» Уже на улице вызвала такси. На спящий город медленно опускались снежинки, было безветренно и достаточно тепло, чтобы снять варежки. Вика поймала снежинку, улыбнулась ее причудливой форме. «Настоящая, резная, я таких уже давно не видела!» Таксист оказался разговорчивым, всю дорогу рассказывал анекдоты и сам над ними задорно смеялся.
-Девушка, да улыбнитесь же, новый год все-таки! Ура!
-Ура! Сколько я вам должна?
-Тариф праздничный, триста шестьдесят!
Вика подала четыреста.
-Сдачи не надо!
-Спасибо! Удачного вам года!
-И вам тоже!
Вика, войдя в фойе, прошмыгнула мимо кабинки консьержки, ни с кем не хотелось разговаривать, и демонстрировать свои губы тоже никому не хотелось. Хорошо, что новогодние каникулы есть, все успеет зажить. Разделась и ,закутавшись в мягкий ворсистый плед, тут же провалилась в сон.
Серега проснулся к вечеру. Полежал в кровати, прислушиваясь к звукам, в квартире стояла тишина. «Значит, ушла…» Зажмурил глаза и сжал рот, вспоминая вчерашнюю ночь. «Надо же так перед девушкой оконфузиться! Как подросток! Блин! Это потому, что долго ее ждал… Только вот ничуть не легче от всех этих оправданий!» Полежал еще немного, стараясь заглушить растущие досаду и стыд.
-Вика! Вика!
Нет, не отзывается, точно ушла! «Ну, вот и все!» Сердце упало в живот, окатив мозг холодом. Сергей встал, прошел на кухню. На столе стоял приготовленный остывший завтрак. Заглянул в санькину комнату в какой-то отчаянной надежде увидеть там спящую девушку. Тахта была собрана, аккуратно сложенное белье лежало на кресле-качалке. Сергей на автомате собрал постельное и… В низу, под бельем, лежала ночнушка! «Значит, все-таки она приняла решение уйти! Да и правильно, что такой красавице с таким уродом делать! Я не смогу без тебя, Вика, мне так плохо, вернись!!!» Забросил постельное в машинку, пожевал завтрак… «Позвоню! Попробую поговорить, уговорить, что-то надо делать!» Схватил мобильник, набрал номер, никто не ответил. Набрал еще раза три- молчание. «Все! Это все! Конец!» В отчаянии смел все стола на пол, пинком отбросил стул в центр комнаты, запустил чашкой в стенку. Нет! Не помогает! Такая боль, словно кинжалами тело режут! Из шкафчика извлек бутылку виски, прямо из горлышка сделал несколько глотков: «Урод! Какой же ты урод! Больной придурок! Не мог, сука, потерпеть? Слабак!» Резко открыл дверь в санькину комнату, перевернул кресло-качалку, ударил со всей дури кулаком в шкаф, проломив створку, несколько раз в сердцах пнул тахту. На полу валялся красный пеньюар, поднял и прижал к лицу: он пах Викой! Тихо опустился на сдвинутую со своего места тахту, выливая в горло очередную порцию виски.
- Марк! Мне плохо, приезжай!
-Ты опять пьешь?
-Да!!! Она ушла… Я ее, кажется, сильно обидел!
-Сейчас буду!
Серега швырнул телефон в стенку, с безразличием наблюдая, как разлетаются по сторонам его осколки. «Вики больше нет и не будет! И виноват в этом ты! Ты! Сдохни, все равно никому не нужен такой!»
Марк открыл двери своими ключами. Еще в первые свои дни по переезду в эту квартиру, Сергей сделал другу дубликат, на всякий случай. И таких случаев было уже немало. Зайдя в прихожую, Марк сразу заподозрил неладное: стояла непривычная тишина. Сергея он нашел в санькиной спальне. Тот молча сидел в разрушенной комнате на тахте и смотрел в пустоту впереди себя. На полу валялась пустая бутылка виски, вторую, наполовину опорожненную, Шторм держал в руке, при виде Марка запрокинул голову и влил приличную дозу в себя.