-Тогда делай предложение и женись, если согласится. Внука или внучку мне родите…
-Так она еще не беременная, сказала бы, если б забеременела…- сказал и осекся, увидев мамины глаза.
-Вы спите?
- Мам, мы же уже взрослые… Блин, я прокололся и мне так сейчас неудобно перед тобой…Ты не переживай, незапланированного не будет, я осторожный,- Сережка смущенно улыбнулся.
«Ну, вот и вырос, а я все по старинке думала, что он ребенок»,- Светлана с грустью посмотрела на такого уже совсем большого сына и улыбнулась. « Как же стремительно бежит время!»
На следующий день Алинка забежала на несколько минут перед отлетом, мама тактично вышла из палаты, чтобы дети смогли нацеловаться вдоволь, и дни потекли своим размеренным ритмом. Мама помогала Сережке одеваться, подниматься с кровати, поддерживала, когда он начал расхаживаться по коридору, сопровождала в туалет и до ванной, мыла, кормила, вообщем, не отходила от него ни на шаг. Через две недели начали снимать швы, чувствовал Шторм себя уже совсем здоровым, вот только гипс еще мешал передвигаться свободно, приходилось стучать костылями. Санька постоянно торчал у него, успели сдружиться и обменяться адресами. Выписался он раньше, зашел счастливый попрощаться перед уездом, обнялись, чуть не расплакались. Сережка начал мечтать о доме, там Алинка, звонит каждый день, болтают по часу, говорит, что соскучилась страшно. Марк на каникулы из Германии домой приезжает… Эх, уж скорее бы и домой!
Пролежав в госпитале месяц, Сергей настолько привык к его стенам, что услышав долгожданное «Завтра снимем гипс и через пару денечков домой!», как-то вдруг взгрустнулось даже. Мама уже купила билеты… Гипс сняли утром. Нога словно высохла, уменьшилась в размере. Как герой хотел было на радостях сразу и побежать, но не удалось и двух шагов сделать, не слушалась. Олег Владимирович торжественно вручил ему палочку и по-дружески похлопал по плечу, увидев разочарование на лице парня : « Ничего, курсант, не дрейфь, через месяц генералу будешь ГТО сдавать, все это временно, но похромать еще какое-то время придется, так что, вот тебе точка опоры на ближайшее время, носи с гордостью и не стесняйся! Трость ,борода и шрамы делают из мальчика мужчину!» Посмеялись вместе. Все два последующих дня, превозмогая боль при каждом упоре на стопу, Сережка курсировал по больничным коридорам, разминая ногу. Мама на прощанье каждому доктору и сестричке, лечивших Серегу, подарки подарила. «А я и не задумался над этим даже»,- отметил Сергей, удивляясь предусмотрительности мамы в очередной раз. Прощались чуть ли не как родные. Желали друг другу успехов, обнимались, Ленка даже всплакнула… В самолет по трапу поднимался сам, заметно припадая на больную ногу. И только устроившись в кресле и пристегнувшись ремнем, вдруг вспомнил, что так и не нашел времени, чтобы прочитать письмо Ани, что полковник передал.
-Ма, там у тебя в сумке письмо, дай мне!
Мама достала конверт из сумки и передала сыну. Сергей оторвал кусочек бумаги по краю и достал обычный тетрадочный листок в клетку, где ровным и аккуратным почерком было написано на две страницы: « Здравствуй, Сережка! Если читаешь, то, значит, у тебя все хорошо, и я этому несказанно рада. И, поверь, мои чувства искренние! Дожив до своих тридцати двух, я еще никогда не встречала такого чистого и верного парня, как ты. Как бы мне сейчас хотелось добавить «мой стойкий оловянный солдатик». Но ты не мой, и моим так и не стал, хотя, не скрою, очень этого хотелось, и до последнего момента я все надеялась, что смогу познать тебя как мужчину. Ты этого , конечно, не замечал (да, Шторм, далеко тебе еще до настоящего следопыта), но я тайно любовалась твоей фигурой, широкой спиной, грубыми мужскими руками, кубиками на животе, и мне сейчас совсем не стыдно признаться- передником с волосатой дорожкой, убегающей за кромку брюк. Знай, ты потрясающе красив! Магнетически сексуален! И потрясающе чист душой! Завидую твоей Линке, такое счастье заполучит, да еще и верного и надежного в придачу! И еще , я благодарна судьбе за то, что она подарила мне шанс пообщаться с таким парнем! Наверное, то, что я проживала по отношению к тебе, и называется любовью, во всяком случае, никогда раньше у меня так не стучало сердце при виде тебя и не перехватывало горла. Когда ты ушел за кордон, я всю ночь молила Бога, чтоб сберег тебя! Да, да, ты привел меня к Богу! Первым делом, что сделала, вернувшись в Москву, пошла и поставила благодарственную свечу Богородице. Есть Бог! И ты тоже верь! Раз Он сберег тебя, значит, ты еще для чего-то нужен. Больше всего буду жалеть, что судьба вряд ли нас когда сведет вместе: снаряд, говорят, дважды в одну воронку не попадает. Но ты всегда знай, что я буду до конца своих дней помнить тебя, мой случайно встреченный и такой отчаянно любимый мальчик! Прощай, Сереженька! Я влюбилась в тебя. Такое ,оказывается, тоже возможно. Будь счастлив! И за меня тоже. Родишь дочку, буду счастлива узнать, что назовешь ее моим именем, а я буду ее Ангелом-Хранителем! Будь счастлив! Я люблю тебя. Навечно твоя Харпер.»