Проснулась от шума и смеха. Посмотрела на часы, что были у него на руке, и поняла, что мы скоро проспим «всё царство небесное», как говорится. Хотя мне не хотелось выползать из его сладких объятий, я все-таки сняла руку со своих плеч и начала вставать.
- Ты куда? – спросил он, не открывая глаз. – Я разве отпускал тебя?
Я прильнула к нему с поцелуем:
- С новым годом!
- И тебя, счастье мое, - сказал он мне в губы и разом уложил под себя. – С новым счастьем! - прошептал он. – Хочу тебя страстно. Давно хотел, с первого раза, как увидел. То, что мы сейчас вместе – это судьба. Ты моя, так я решил еще тогда у вагона поезда. Сердце подсказало. Я пытался отказаться, но у меня ничего не выходило, только ещё больше влюблялся. Люблю тебя, моя радость. Навсегда люблю.
Я слушала его и млела от слов, от рук и объятий. Его губы были для меня такими сладкими, что сердце замирало от нежности.
- Как тогда, когда мы только начали свое знакомство, когда были наши первые поцелуи. И именно тогда я стала впервые женщиной с ним же. Он стал моим первым мужчиной и мужем. Только в том прошлом он был молод и слегка суетлив в постели, этот же знал всё и его опыт меня возрадовал. К тому же он сам позаботился обо всем, чтобы я не залетела.
Притянув к себе, я вновь отдалась ему и мы повторили нашу постельную любовь.
Насытившись, решили подниматься, тем более что внизу гости уже даже вышли на улицу, откуда слышались звуки веселых голосов. Выглянув в окно, я ахнула – было полно снега! Зима, видимо, опомнившись, решила все же начать свои обычные дела. Да при том с отчаянием, так как опоздала на целый месяц а то и на два. Когда прошел такой снегопад, думаю, никто не видел, разве только пришлые собаки да птицы, что слетелись на кормушки, развешанные по деревьям сада.
Внизу копошились молодые гости, собирая в комки подтаявший и поэтому липкий снег. Строили первую в этом году снежную бабу. А еще играли в снежки. Нам тоже досталось, едва мы показались в дверях.
- Сони! – закричал Виктор и запустил снежок прямо в Макса. Тот ловко увернулся и начал лепить свой. Я спряталась за угол дома, чтобы не попасть под град снежных ядер. Мне было радостно и от белого снега и морозного воздуха и от нашей с Максом близости и от самого молодого тела, ощутимого сейчас особенно. Наконец, я смогла прийти в себя, и как мне казалось, всё встало на свои места: мой муж, пусть и в другом обличии и имени, и мое желание быть с ним. Как будут развиваться наши отношения и что будет дальше, не хотелось забивать голову. Сейчас мне было хорошо, и я была счастлива.
Виктор с Леной, конечно, сразу поняли наши взгляды, и каждый из них реагировал по-своему: Виктор насмешливо и понимающе, Лена равнодушно и спокойно. Когда я спросила её, не осуждает ли она нас, та ответила, что мы взрослые люди и нам решать что и когда делать.
- А уж личные дела – увольте, - хмыкнула она и посмотрела на меня безразлично.
С одной стороны я была рада такому её отношению к нашей близости, с другой мне претила её холодность и безучастность. Но что поделаешь, не всем же дан такой характер, как мой или же Жекин. Она бы ни за что не отцепилась бы от меня, пока не выведала всё до последней капли. Она и так умудрялась в каждом письме спрашивать о моих знакомствах и парнях в МУРе, которые интересовали её страстно.
- Вот приеду поступать в мед, тогда и познакомлюсь с кем-нибудь, обязательно. А ты с Максом мне поможете. Не всё же тебе одной пользоваться своим положением.
Она передавала мне приветы от моих одноклассников, которых видела и рассказывала о моих делах в столице. Особенно от Николая. Тот не просил адреса, видимо не хотел надоедать, но при встрече с Жекой постоянно интересовался мной. Она обязательно передавала от меня приветы и смеялась, как тот смущался и радовался.
- Он всё также в тебя влюблен, сестра, - писала она. – Может быть, не будем мучить парня. Напишешь сама?
Я отказывалась, чтобы действительно не мучить, ибо его жизнь в прошлом совсем не шла рядом, и я его забыла сразу же, как только уехала из города. Но это было в прошлой жизни. Теперь же он иногда вспоминался и всё благодаря моей сестре.
Сейчас я была занята лишь Максом. Он повел себя спокойно и как-то обыденно. После дачи, тетя еще неделю находилась в Рязани, что-то там не ладилось с родственниками. Мы были предоставлены сами себе, то есть наши отношения переросли в крепкие любовные страсти. Каждую ночь мы проводили вместе и каждую ночь, я боялась, что смогу забеременеть, так как эти «изделия номер два», как именовались они в аптеке, иногда просто рвались от напора чувств и желаний. Я пыталась делать профилактику, но страх оставался. Тут приехала тетка Нюра и наши встречи закончились. При ней всё стало куда сложнее. Но Макс нашел способ наших встреч. Он просил ключ или заказывал номер в гостинице. Ему везде был проход, с его и моим удостоверением. Мы личное превращали в государственную надобность, то есть явки.