Когда они все вместе вышли из дома, чтобы пойти в школу, на крыльце им встретилась эффектная дама. Яркая блондинка с пышной грудью, в обтягивающих бедра леопардовых бриджах. Грейс подумала, что такую женщину отец ни за что бы не пропустил.
– Здравствуйте, – сказала та и принялась нажимать кнопки домофона. Ради любопытства Грейс проследила за ней, и оказалось, что женщина звонит в квартиру Джека. Рут тоже наблюдала за блондинкой.
– Его нет дома, – заявила Рут.
– Ох. – Красотка явно была разочарована. – Ты уверена, девочка?
– Конечно уверена, потому что мы живем у него!
Незнакомка нахмурилась.
– Может, мы чем-то поможем? – предложил Марк.
– Передайте, пожалуйста, Джеку, что приходила Тиффани. И пусть перезвонит мне, – сказала незнакомка, но, похоже, без особой надежды на то, что ее просьба будет выполнена.
Грейс кивнула, взяла Рут за руку, и они спустились на тротуар.
– Не рассчитывай, – тихонько пробормотала Рут, чтобы блондинка на услышала ее. Грейс пожала ее ладошку, и обе расхохотались.
Домой они вернулись уже вечером, все было улажено. Завтра утром Рут предстояло впервые пойти в школу. Девочка выглядела потерянной, молчала, и Грейс не удалось добиться ни одной улыбки, пока она не включила компьютер, чтобы проверить электронную почту.
– Вот это да! – воскликнула Рут, увидев, как много поступило предложений. – Мы разбогатеем!
Грейс тоже поразило, сколько людей заинтересовались ее пирожными.
За ужином Рут болтала без умолку, через каждые пять минут спрашивая у Грейс, когда вернется Джек. Грейс ничего не могла ответить ей на это, а уже уложив Рут в постель, и сама начала волноваться.
Только за полночь в двери повернулся ключ. В квартире было темно, лишь свет от ночника на кухне проникал в гостиную. Грейс сидела на ступеньках лестницы, ведущей на второй этаж, она слышала шаги Джека, видела, как тот бегло просмотрел почту. А Джек ее не видел, и, только направившись на кухню, он остановился, заметив Грейс.
Несколько секунд он смотрел на нее, будто удивляясь, затем улыбнулся, прошел в гостиную, остановился перед Грейс и наклонился. И как уже бывало, она подумала, что он очень красивый и выглядит ужасно усталым.
– Что ты тут делаешь? – спросил Джек.
– Сижу.
– Сидишь? – Улыбка Джека стала еще шире, он поднял голову и посмотрел наверх. – А Рут?
– Спит.
– А ты дежуришь, да?
– Да.
Улыбка исчезла с лица Джека.
– Послушай, Грейс, извини меня, утром я был не прав.
– О чем ты?
– Я был не прав, когда усомнился, что социальные работники могут передать Рут тебе на воспитание. Мне кажется, я оскорбил твои чувства.
– Да, я правда обиделась. Потому что я буду ей хорошей матерью. Если хочешь знать, она уже завтра пойдет в школу.
– Рад это слышать.
– Неужели? – с вызовом спросила Грейс. – А мне показалось, ты не хочешь, чтобы у меня все получилось.
– Дело не в том, чего я хочу, и даже не в том, чего хочешь ты. Главное, чтобы хорошо было ребенку.
– Ей будет очень хорошо со мной. Я люблю ее и буду заботиться о ней. – Грейс зажмурилась. – Ты понятия не имеешь, что значит до боли хотеть ребенка. – Она открыла глаза и посмотрела на Джека. – Ты не знаешь, как это тяжело, смотреть со стороны на ребенка, улыбающегося своей матери. Мне наплевать на увольнение с работы, наплевать даже на подлую измену жениха. А вот то, что у меня нет ребенка, которого я могла бы любить, всегда не давало мне покоя. Где бы я ни была, постоянно думала об этом, особенно когда видела витрины с детской одеждой. – Грейс вздохнула. – Знаешь, почему я на самом деле согласилась выйти замуж за Уолтера?
Джек молча покачал головой.
– Просто хотела ребенка. В глубине души я понимала, что он бабник, но старалась на все закрывать глаза, мне больше хотелось ребенка, чем его любви. Однако даже я не смогла стерпеть измены в день свадьбы. Это было хуже чем пощечина. Но самое печальное в том, что я не могу сама родить себе ребенка, для этого требуется мужчина.
Их окружала полутьма, сердце Грейс стучало так, что готово было вырваться из груди. Она смотрела Джеку в лицо, но не смогла разглядеть его выражение.
– Джек, сколько я себя помню, всегда мечтала о ребенке. А Рут нужна мать. Я вижу по ее глазам, что ей не хватает любви. Возможно, у меня сейчас и не лучший период в жизни, но я найду работу. Я окружу ее заботой, придумаю для нее новые, интересные игрушки.
Грейс внимательно вгляделась в лицо Джека, ожидая услышать возражения, но он только с сочувственным видом покачал головой.
– Боюсь, твои родители не одобрят этого.
Грейс обрадовало то, что Джек не пытался ее отговорить. Наверное, понял ее чувства.
– Пойми, Джек, если мужчина и женщина женаты, это отнюдь не значит, что они хорошие родители. Мои родители были женаты, они заботились обо мне, но у них была масса своих проблем. А я всего лишь хочу, чтобы мне предоставили шанс сделать для Рут все самое лучшее, что я могу. – Грейс слегка замялась. – Что в этом плохого?
Глава 19
Рано утром на следующий день дверь в комнату Джека распахнулась так, что ударилась о стену, и он тут же проснулся, будто от раската грома.
Рут подбежала к компьютеру. Ее не смутило, что Джек сидел на постели голый по пояс, пытаясь со сна сообразить, что происходит. Девочка включила компьютер, и через несколько минут раздался ее ликующий крик:
– Вот это да! Ставки поднялись до пятидесяти долларов! Грейс!
Грейс вбежала в комнату, слегка напуганная криком.
– Что случилось?
– Все хотят наши пирожные! Ты только посмотри!
Поняв, что Рут кричала не от страха, а от радости, Грейс успокоилась. И только после этого до нее дошло, что они в спальне Джека, а сам Джек сидит на постели.
– Доброе утро, – поздоровалась она, вмиг вспомнив, как стояла перед Джеком обнаженная, а халат валялся на полу. От этой мысли по телу разлилась приятная истома.
– Эй, что происходит? – сухо осведомился Джек. – Дверь хлопнула так, что я тут же проснулся.
Грейс смутилась:
– Я забыла сказать тебе, что мы вчера воспользовались твоим компьютером. Надеюсь, ты не будешь сердиться?
– Компьютером? Нет, конечно, не буду. Я сам им редко пользуюсь.
– Вот и хорошо, а то я возражала, а Марк настоял. Мы выставили на продажу пирожные.
– Шутишь. Кто покупает пирожные по Интернету?
Грейс во фланелевой пижаме, босая, положила ладонь на плечо Рут, уставившуюся на экран монитора.
– А ты спроси это у тех пятерых, которые откликнулись на наше предложение, – с жаром возразила Грейс, хотя и сама была удивлена не меньше Джека. – Они даже торги устроили. Так что продать можно все, даже тебя, если опубликовать в сети твою фотографию, – пошутила Грейс.
Джек ухмыльнулся.
– Если послать мою фотографию, откликнутся не пять человек, а гораздо больше.
– Грейс, посмотри! – снова закричала Рут. – Пришло еще одно сообщение, они хотят сто пирожных!
– Ты что-то там сказал насчет своей фотографии, – обратилась Грейс к Джеку, скрестив руки на груди.
Он громко рассмеялся:
– Ладно, беру свои слова обратно. А сейчас я хотел бы встать. Ты, конечно, можешь остаться, но я сомневаюсь, что Рут пойдет на пользу этот урок анатомии.
– Анатомии? – Грейс посмотрела на голую грудь Джека и почувствовала, как по телу разливается тепло. – Ах, ну да.
– А еще лучше, – продолжил Джек, понизив голос, чтобы его могла слышать только Грейс, – если ты отправишь Рут переодеваться, а сама останешься и убедишься, что я полностью проснулся.
Грейс раскрыла рот, не зная, что и сказать на это.
– Рут, пойдем, оставим Джека одного.
Девочка, мурлыча что-то веселое, побежала к себе в спальню. Грейс последовала за ней, но остановилась на пороге.
– Кстати, Джек, вчера к тебе приходила поклонница. Просила, чтобы ты позвонил ей.
– Поклонница?
– Да. Тиффани.
С лукавой усмешкой Джек откинул одеяло, представ перед Грейс во всей своей наготе.