– В смерти вашего родича виноват только он сам. Я их в свое имение не звал и стрелять в меня не просил. Так что тут и обсуждать нечего. Желаете моей смерти – назовите место и время. Даже выбор оружия я оставлю за вами, – хищно усмехнулся Егор, глядя ему в глаза. – А что до того, кто мне ворожит, скажу просто, родители мои покойные помогают. Я последний из нашей ветви, так что укрывать от бед они меня будут еще долго. Так вы готовы назвать дату нашей встречи?
– Нет, – помолчав, качнул поручик головой. – После всего, сегодня увиденного, знаю, я вам не противник.
– Поздравляю, поручик, – зло усмехнулся Егор, – вам хватило ума не повторять чужих ошибок. Это радует. Может, хоть вам повезет прожить долгую жизнь.
Не ожидавший подобного ответа офицер замер, беззвучно открывая рот, словно рыбка в аквариуме. Родичи быстро вышли на улицу и, усевшись в свою карету, отправились домой. Сейчас парню нужно было попариться в бане и немного побыть одному, чтобы хоть как-то успокоить вздернутые нервы. После всего случившегося Егор и сам чувствовал, что просто опасен для окружающих. В каждой тени ему виделся враг, и понятно, что реакции даже на такую мнимую угрозу были соответствующие.
Дядя, привезя его домой, отправился по своим делам, а парень занялся собой. В отведенных ему комнатах он оставался до самого утра. А утром, после завтрака, вызвав Михалыча, приказал заложить карету. Пришло время немного развеяться и погулять по городу. Становиться затворником он не собирался. Прогуливаясь в сопровождении казака по галереям Гостиного двора, Егор вдруг понял, что за ними следует какой-то непонятный персонаж. Парень заметил его случайно в отражении витрины. Шедший рядом с ним Михалыч вдруг придержал парня за рукав и, отведя в сторону, тихо попросил:
– Ты, Егор Матвеич, гуляй пока прямо, а я гляну кой-чего.
– Тоже того непонятного мужика приметил? – так же тихо уточнил парень. – Значит, не помстилось мне.
– Добре тебя Архипыч выучил, царствие ему небесное, – одобрительно усмехнулся казак. – Так что ты гуляй прямо, а я за тем господинчиком пригляжу.
– Я сейчас прямо пойду, а после на первый этаж спущусь и по Садовой линии двину. Во втором переулке тебя ждать стану. Там и побаять с тем гусем тихо можно будет, – хищно усмехнулся Егор, быстро расписывая диспозицию.
– Добре, покоен будь, – усмехнулся казак в ответ и, коротко поклонившись, нырнул в переход внешней галереи.
Проводив его взглядом, Егор все так же не спеша двинулся вдоль витрин, краем глаза продолжая отслеживать замеченного топтуна. К удивлению парня, двигался мужик достаточно ловко, стараясь держаться так, чтобы не попадаться ему на глаза. Между ним и объектом постоянно кто-то был. Не спеша спустившись на первый этаж, Егор свернул на Садовую и, все так же не торопясь, двинулся по галерее, продолжая рассматривать витрины. Он уже сворачивал в нужный переулок, когда понял, что преследователь исчез.
Когда и как это произошло, Егор не понял и насторожился, но спустя минуту его догнал Михалыч и, хищно усмехаясь, тихо произнес:
– Все, Егор Матвеич. Управился. Боле он тебе мешать не станет.
– Ты чего сделал, аспид? – растерянно уточнил парень, уже предполагая ответ.
– Подальше его наладил, – хмыкнул казак. – По дорожке, откель обратного ходу нет.
– Тебя точно никто не видел? – собравшись, деловито уточнил Егор.
– Обидеть хочешь, барич? – тихо возмутился казак. – И ножа не вынимал, и за нож голой рукой не брался. Все, как Архипыч учил. А отходил я до ветру. Уж прости, брюхо прихватило, – усмехнулся он, лукаво, подмигнув.
– Вот на том и стой, – одобрительно кивнул Егор, принимая его игру.
Пройдясь по лавкам на Садовой улице, они вернулись в Гостиный двор, и парень, чуть подумав, решил побаловать себя хорошим кофе. Подойдя к уже знакомому заведению, Егор неожиданно увидел дядю в компании Елены Всеславовны. Стоя у колонны, они что-то оживленно обсуждали. Удержав казака за рукав, Егор тростью указал ему на тротуар и, обойдя нужную колонну с наружной стороны, встал так, чтобы слышать, о чем они говорят. Уж очень у обоих был примечательный вид.
– Леночка, уверяю вас, это просто стечение обстоятельств, которые никак вас не могу коснуться. И уж тем более, никоим образом не отразятся на вашей Наталье.
– Уже отразились, – смущенно фыркнула женщина.
– Что?! Кто посмел? – взвился Игнат Иванович.
– Племянник ваш.
– Но… он же дома… его ж со вчерашнего дня… – принялся заикаться дядя, явно не ожидавший такого заявления.