– Все одно не сходится, – подумав, решительно заявил Егор. – Ну не вышло у молодых, велели б кому постарше. В чем беда? Дядюшка, вы б рассказали все прямо, а то я бог знает, до чего додуматься так могу, – слегка надавил он на родственника.
– Ох, и хватка у тебя, Егорка, – растерянно покачал дядя головой. – И где только выучиться успел?
– Книжки всякие люблю, там и вычитал, – моментально выкрутился парень, не сводя с дяди требовательного взгляда.
– Репортерам тем далеко не все рассказывать можно, – вздохнув, принялся пояснять Игнат Иванович. – Есть вещи, о которых им знать и вовсе не надобно. Да только они ж вопросы свои не с потолка берут. Прежде с кем другим говорят, всякие знания собирают. А уж после начинают и нас спрашивать.
– Темните, дядюшка, – качнул Егор головой.
– От ведь… – скривился Игнат Иванович и, растерянно почесав в затылке, обреченно махнул рукой. – Бог с ним. После тех нескольких случаев, когда наши чиновники потерпели фиаско, его величество лично высказал мнение, что лучше тебя с таким делом никто не справится.
Вот тут Егор буквально завис на несколько минут. Услышать подобное от самого императора дорогого стоит. Но вместе с тем это означает, что теперь за каждым его шагом будут пристально наблюдать все, кому не лень. Растерянно покрутив головой, парень кое-как справился с эмоциями и, вскинув взгляд, поинтересовался, глядя дяде в глаза:
– А что сослуживцы ваши по этом поводу думают? Вот не верю я, что они приняли это спокойно.
– Господи, да какое тебе до них вообще дело?! – ахнул Игнат Иванович.
– Могут вам начать гадить, – пожал Егор плечами. – До меня им не дотянуться, потому как я не в службе, а вот вам палки в колеса вставить труда не составит. Уж больно служба эта синекурой на первый взгляд кажется.
– Ну, ты меня-то совсем за дурня не держи, – иронично хмыкнул дядя. – Я потому и молчал до последнего, чтобы другие сами, на своей шкуре попробовали, каково это, с репортерами говорить. А уж после, когда сам государь высказался, сделал вид, что вынужден тебя для этого дела звать. И не сам по себе, а лишь по указанию начальства моего.
– Уже легче, – вздохнул парень, внимательно его выслушав. – Я только одного в толк не возьму. Вы ж вроде внешними сношениями занимаетесь, а войной военные ведают. И почему тогда вопросы вам задают?
– Одно без другого не бывает, – развел дядя руками. – Военные воюют, а мы спорим и сговариваемся. Так всегда было.
– Ну да. Дипломатия и боевые действия всегда рядышком, – про себя кивнул Егор, в очередной раз вздыхая. – Так и о чем я должен с теми репортерами говорить? – перешел он к конкретике.
– Признаться, после тех встреч мы в некотором затруднении… – смутился Игнат Иванович. – Ведь их не интересуют заранее заготовленные речи. Им подавай ответы именно на их вопросы.
– Словесная дуэль, – задумчиво хмыкнул Егор. – Занятно. Но для такой схватки нужно серьезно владеть вопросом. Обладать нужной информацией. В противном случае останется только мычать да блеять, – развел он руками.
– Я для того тебе бумаги и привез, – быстро кивнул дядя.
– Блин, это откровенная подстава получается, – проворчал про себя Егор, понимая, что отказаться не сможет.
Как ни крути, а дядя получил от своего начальства прямой приказ приспособить болтливого племянника к этому делу. Выходит, хочешь не хочешь, а придется соответствовать и выкручиваться, как уж под вилами.
– Так что скажешь, Егорка? – поторопил его Игнат Иванович.
– А что тут скажешь? – хмыкнул парень. – Надо, значит, придется грудью на редуты идти.
– Молодца, внучок, – вдруг громко рассмеялся Иван Сергеевич. – Ведь знает, что плохо получиться может, а все одно в помощи не отказывает, – коротко пояснил он сыну, заметив его удивленный взгляд.
– Родная кровь – не водица, – развел Егор руками. – К тому, думаю, за той историей его величество особо наблюдать станет. Глядишь, чего хорошего и получится.
– Это ты верно сказал. Следить за этим делом он будет, – кивнул дядя.
– Когда едем? – махнув на все сложности рукой, уточнил парень.
– Завтра, день на передых, а послезавтра в дорогу, – тут же заявил дядя. – А у вас-то тут как? Все ли ладно? – сменил он тему, сообразив, что поинтересоваться делами имения и семьи просто обязан.
– Племянник твой, Игнат, теперь и в высшем свете известен, – ехидно усмехнулся Иван Сергеевич. – Он ведь, паршивец, сумел играючи цельного офицера прищучить стрельбой своей. И ведь как ловко все обставил. Вроде как и спор шутейный, а на деле, ему теперь даже вызов на дуэль остерегутся бросить. Уж больно ловок парень в стрельбе.