– Юзбаши – это вроде нашего ротного, – нашелся Егор. – Юз в переводе сто. Рота.
– Ага, командир пехотной роты, значит, – кивнул полковник и, чуть помолчав, задал следующий вопрос.
Допрос шел достаточно бодро, когда где-то неподалеку снова загрохотали пушки. Пленный чуть вздрогнул и, бросив на стену шатра быстрый взгляд, сжал губы, словно чего-то ожидая. Такое поведение насторожило парня, и Егор, улучив момент, жестом подозвав к себе Архипыча, тихо попросил его сходить до их лагеря и велеть казакам быть готовыми к любой неприятности. Полковник, отвлекшийся на звуки начавшегося обстрела, на него даже внимания не обратил. А после, получив какое-то донесение, велел перенести допрос.
Пленного увели, и Егор отправился восвояси. Торчать в штабном шатре просто так было бы просто глупо. Узнать, что произошло и кто кого атаковал, можно будет и после. Допрос пленного перса продолжился только после обеда. Закончив, полковник удовлетворенно кивнул и, отправив перса под охрану, повернулся к парню.
– А вы, юнкер, и вправду изрядно их речь знаете. Признаться, удивили. Весьма. Да и сами вы, похоже, не робкого десятка. Что ж. Думаю, сложится у нас.
– Очень на это надеюсь, ваше превосходительство, – улыбнулся Егор в ответ, щелкая каблуками.
Три месяца Егор и его десяток прожили рядом со штабом, и за это время парень так и не понял настоящей причины своего нахождения тут. У него все больше складывалось впечатление, что устроивший всю эту историю человек не обладал достаточной полнотой власти, чтобы довести начатое до логического конца. А проще говоря, приказом загнать его на передовую, где парень и должен был получить свою пулю.
Иной причины отправлять его сюда Егор так и не нашел. Единственное, чего он никак не мог понять, почему так сложно. Понятно, что история эта вполне укладывается в любимые действия британцев. Делать все чужими руками, но устраивать такую многоходовку только ради уничтожения одного подростка. Впрочем, если подумать, то и тут можно было найти какую-то логику. Гибель на фронте не вызовет особых вопросов. Что называется, от неизбежных на море случайностей. Солдатская удача – штука капризная и не предсказуемая.
А значит, такую смерть почти невозможно будет повесить хоть на кого-то. Если только обвинить непосредственного командира на линии соприкосновения. Но и тут возможны варианты. В общем, размышлений у парня было много, но ввиду почти полного отсутствия достоверной информации, это были не более чем его личные фантазии. По сути, точно Егор знал только одно: затеял все это тот самый генерал, что встречал его в здании Генерального штаба перед брифингом с репортерами.
За время его нахождения при штабе парня вызывали для перевода всего десяток раз. Обычно, чтобы допросить пленного офицера. Было и несколько переводов добытых бумаг. Все остальное время Егор был предоставлен самому себе, чем и пользовался, повышая уровень своей боевой подготовки. Доступ к армейским складам дал ему возможность тренироваться в стрельбе из винтовки и револьвера ежедневно. Даже офицеры заходили посмотреть на это зрелище.
Оружие все больше становилось продолжением его рук. В подкинутый медный пятак парень запросто попадал четыре раза из пяти, стреляя из револьвера. Случилась и пара стычек, в которых Егор и его подчиненные приняли активное участие. В первый раз на их расположение дуриком выскочила какая-то вооруженная банда и тут же нарвалась на кинжальный огонь казаков и самого парня. А во второй это оказались остатки какой-то персидской части, которая после боя попыталась обойти позиции русских войск, чтобы уйти в горы.
Пользуясь тем, что казаки-ветераны подчинены были только ему, Егор принялся насаждать в десятке совсем другие правила ведения боя. Никаких строев и движения на противника в полный рост. Стрельба только последовательно, а не залпом, и тому подобные нововведения. Офицеры относились к этому, как к игре бестолкового мальчишки, но, когда казаки выбили выскочившую на них банду, не получив даже царапины, стали задумываться.
Впрочем, лезть со своими задумками к начальству Егор и не пытался. Понимал, пошлют так, что устанет адрес слушать. Так что занимался чем сам хотел, одновременно повышая общую боеспособность своего десятка. Казаки, быстро сообразив, что делается это все не просто так, слушали его внимательно, тем более что Архипыч, будучи самым старшим тут по возрасту, сумел объяснить им, что паренек не так прост, как кажется на первый взгляд. Не раскрывая главного, казак сумел донести до соратников, что все пареньком сказанное стоит послушать.