– Похоже, вы рады, что избавились от такой докуки, – не удержавшись, хмыкнул Егор.
– Я с самого начала не понимал, зачем вас вообще сюда прислали, – не стал скрывать полковник. – Прошу понять меня правильно, молодой человек, но юноши вашего возраста не должны участвовать в боевых действиях. Даже юнкера и кадеты военных училищ. Слишком рано. Лить кровь в вашем возрасте опасно. Можно вкус к этому делу приобрести. Так что да. Я рад, что вы уезжаете. К тому же вы последний из своего рода, так что вам не о подвигах думать надобно, а о том, как фамилию сохранить.
– В любом случае, я рад знакомству с вами, – кивнув, ответил Егор, проявив вежливость. – Это был весьма занятный опыт. Пусть и не большой.
– Я тоже был рад знакомству, Егор Матвеевич, – улыбнулся полковник, протягивая ему руку. – Даст бог, свидимся. Прощайте.
– Прощайте, Максим Власович, – щелкнул Егор каблуками, склоняя голову.
После награждения казаки принялись сворачивать лагерь, и спустя три часа их обоз двинулся в сторону границы империи. Даже несмотря на ранения, парень решил ехать верхом. Кавалерист из него был не очень, так что Егор старался делать все, чтобы научиться держаться в седле как следует. Благо, коня и седло ему подбирал опытный казак, так что с транспортом все было в порядке. Главное, самому не облажаться, случись какая замятня.
Двигаясь вдоль побережья Каспия, они пересекли границу и, отметив подорожные бумаги у пограничной стражи, двинулись в сторону крепости Дербент. Маршрут им был хорошо известен, так что уже на территории империи можно было слегка расслабиться. Местные разбойники не настолько глупы, чтобы рисковать и нападать на отряд в десяток вооруженных казаков.
Отпарившись в бане и до скрипа отмывшись, Егор с ленивым удовольствием растянулся на чистейшем, свежем белье и, устраиваясь поудобнее, еле слышно проворчал:
– Вот так и приходит осознание, что ты все еще жив.
Полученные им раны успешно заживали. Но дед, увидев перевязанного внука, своей волей запретил ему вообще в первое время после возвращения покидать территорию усадьбы, а всех казаков наградил пятью рублями каждого из личных денег. Впрочем, с этим десятком за время дороги парень успел как следует поговорить и сделать им предложение продолжить службу в виде охраны имения. Угрозу о том, что ему устроят неприятности и начнут рушить хозяйство, парень не забыл. От подобной титулованной сволочи всякого следовало ожидать.
Казаки, после недолгого совещания в своем кругу, это предложение приняли. Воины в десятке были опытные, крепкие, всякие виды видавшие, и, хотя весь десяток уже был выписан из реестра, возвращаться в станицы они не торопились. Понимали, что после долгих лет службы на другом конце империи возвращаться им просто некуда. Да и письма из дому они получали регулярно. К большому удивлению Егора, все его бойцы с грамотой дружили, так что о происходившем дома прекрасно знали.
Самому же парню такая команда под рукой была просто необходима. Как ни крути, а случайно оказавшись втянутым в тайные игрища больших дядь, выжить становится весьма затруднительно. Смахнут и не заметят. И более значимые фигуры регулярно заканчивали свою жизнь от апоплексического удара табакеркой по голове, чего уж про мальчишку говорить. Вот чуяло сердце Егора, что на этом походе его приключения не закончатся.
С этой мыслью он и уснул, словно провалился. Разбудил его Архипыч, придя лично будить своего подопечного. Увидев над собой улыбающуюся физиономию казака, Егор тряхнул головой и, быстро осмотревшись, на всякий случай поинтересовался:
– Стряслось чего, дядька?
– Господь с тобой, Егор Матвеич. Добре все, – отмахнулся казак. – Просто к полудню уж время, а ты все спишь. Завтрак давно уж проспал.
– Вот это я расслабился, – удивленно проворчал парень про себя, выбираясь из кровати и направляясь в туалетную комнату.
Быстро умывшись и приведя себя в порядок, Егор оделся и прямым ходом отправился в столовую, где слуги уже накрыли ему стол. Не спеша поглощая сладкие пирожки с чаем, он принялся задавать Архипычу вопросы, отлично понимая, что казак уже успел выяснить у местных все новости. Как оказалось, его идея оставить собранный десяток казаков в имении была вполне здравой. На деревни стали нападать. Выражалось это в попытках угнать у крестьян скот и даже одном поджоге. Спалили скирду сена, заготовленную на зиму.
– Так, дядька. Собирай братов, – посуровев лицом, принялся командовать парень. – Будем думать, как тем разбойникам укорот давать.