— Если ты хочешь позвать меня с собой до Ничков — то нет, я не побегу.
— Останься лучше здесь, — попросил Йоль. — Если волки вернутся, я не смогу защитить себя.
— Мне идти одному? — уточнил я. —
— Пожалуй, что так, — ответил наемник. — Мне действительно лучше остаться рядом с Йолем, потому что он один не сможет защитить ни себя, ни груз. Вдвоем сподручнее будет в любом случае.
— Э-э... — я посмотрел по сторонам, чтобы понять, в какой стороне находятся Нички. Отдаленный свет подсказывал направление лишь примерно. И, казалось, что идти придется немало. — До утра еще очень долго, кажется, — я осторожно обошел наше небольшое побоище.
— Мы можем просидеть до утра здесь, и ты пойдешь засветло, — предложил наемник.
— Лучше раньше, — ответил я. — Разве что кто нам поможет? Все, должно быть, еще спят.
— Едва ли. Нички никогда не были такими яркими, — сказал Конральд, с трудом взобравшись на телегу, чтобы видеть получше. Я иногда забывал, что его рост не только польза в бою, но и помеха в обычной жизни. — Это очень странно. Будь осторожен, — наемник посмотрел на нож у меня за поясом, кинул взгляд на сумку. — Деньги есть? — спросил он.
— Немного. Думаю, хватит на мелкие расходы.
— Я к тому, что если есть еще и бандиты, то не ограбили бы, — вздохнул наемник.
— Понадеемся на лучшее, — вздрогнул я. Встречаться еще с кем-то мне совершенно не хотелось.
Идти в одиночестве — не вариант, но иного выхода не было. Опасно и страшно. Могли вернуться волки — хотя в полнейшей тишине мне чудилось, что ушли они довольно далеко.
Впрочем, вернуться назад, причем очень даже быстро, им никто не мешал. Предстояло же преодолеть несколько километров полями, чтобы дойти до Ничков.
— Давай, удачи, — ответил Конральд.
Да, тянуть — не лучшее решение. Оставив позади тележку с факелом, я направился напрямую, через поля и высокую траву, перемахивая через небольшие холмики и перебираясь через влажные низины.
Живности рядом не было. Волков напугали прилично — хищники предпочли удалиться прочь.
А вот возле Ничков я заметил неожиданное скопления скота, людей — и что-то наподобие лагеря, которого не было, когда мы двигались в сторону клада.
Происходящее меня заинтересовало, и я поспешил увидеть это скопление поближе. И похоже, что копали мы действительно очень и очень долго — возле Ничков, которые днем были тихие и спокойные, сейчас копошилось множество народу.
Я протер лицо, чтобы согнать сонливость прочь, но с удивлением обнаружил, что лагерь до сих пор ставится. Люди там — самые обычные. Нет ни солдат в доспехах, ни кого-либо еще, кто мог бы представлять для меня угрозу, я там не видел.
Самые обычные люди, которые пытались остановиться практически в чистом поле, в нескольких сотнях метров от Ничков. И, кажется, расположиться в самой деревне им просто не позволили.
Вроде бы как все проходило мирно, но шуму было гораздо больше, чем у переселенцев, которые перебирались ко мне в Рассвет. Я встал на месте, не доходя до лагеря, а потом, решив, что меня могут заметить, присел, скрывшись в траве.
В лагере помимо шума, происходило еще и какое-то движение. Постоянно перемещались люди, ржали кони, мычали коровы — чувствовалось какое-то беспокойство. Спешка.
Я решил, что нужно немного осмотреться, а уже потом подходить ближе. Мало ли что. Похоже, что это тоже беженцы, но пока что они еще не освоились на новом месте. Только-только прибыли, причем они очень торопились сбежать. Спешили больше, чем те, что прибыли ко мне.
Кто-то кричал, командовал. Кто-то говорил чуть спокойнее. Голоса доносились с разных сторон, так что мои догадки подтверждались с каждой минутой.
Сунув руку в карман, я пощупал руну. Что же я не догадался использовать ее против волков. Пара метко пущенных молний могла бы спасти жизнь одной из лошадей. А то и обеих.
Я тяжко вздохнул и продолжил наблюдать. Чуть позже началось самое интересное:
— Вали!
— Опрокидывай!
— Набок! Набок давай! Оглобли в землю упирай!
— Фургоны внутрь!
С треском и грохотом телеги на одной оси и двухосные тоже, не жалея, начали опрокидывать.
— Колеса-то! — крикнул кто-то.
И после двух перевернутых телег работы немного замедлились. Начали снимать колеса, чтобы телеги, похоже, вообще нельзя было использовать.
— Животных внутрь! — последовали новые приказы. И теперь уже они звучали грозно, если не грубо. Явно спешили.
Я попытался посчитать людей. К себе я их звать не собирался, потому что деть еще десятки переселенцев — некуда. К тому же десятки через несколько минут подсчетов превратились в плюс-минус шестьдесят человек.