— Госпожа Бовари? — Шарлотта изогнула тонкую бровь — Ей Богу, за последние месяцы наша библиотека существенно пополнилась.
— Отцу нравится как я декламирую, а мне нравится проводить с ним время, — девушка пожала плечами — Да у нас и не так много книг, как например, в британской библиотеке.
— Рейчел, ты неисправима, — усмехнулась Шарлотта.
— А зачем притворяться и скрывать свои желания, если это будет неискренне? — тихонько засмеялась Рейчел и побежала наверх.
— Беда будет тому человеку, который женится на тебе! — крикнула старшая сестра, но ее губы тронула нежная улыбка.
Никто не догадывался что за улыбкой и смехом, Рейчел скрывала свой страх потерять отца, которого она любила всем сердцем. Стоя перед его спальней, она вдруг почувствовала как по щеке потекла слеза. Девушка быстро вытерла ее ладонью и тихонько приоткрыла дверь. Питер лежал в постели и хрипло дышал. Его кожа была болезненно бледной, некогда прекрасные черные волосы лежали спутанными на подушке, а капельки пота осыпали его лицо. Многочисленные бутылочки на столике и окровавленный платок говорили о том, что конец генерала ближе, чем наступление лета. А ведь сейчас конец апреля. Рейчел подошла к кровати и аккуратно села рядом с отцом.
— Я принесла новую книгу, если хотите почитаем. — полушёпотом произнесла она.
— Устал… — только и смог выдавить Питер и снова закашлялся.
Рейчел налила воды в стакан и осторожно приподняла голову отцу. Она хотела хоть немного облегчить его страдания, но отец медленно и мучительно уходил. Его жизнь таяла на глазах.
— Ты выросла настоящей красавицей и умницей, а я и не заметил, — шёпот мужчины был едва слышен, а дрожащая рука ласково коснулась волос дочери — Я прошу тебя не доверяй людям без оглядки. Человек по своей натуре слаб и не может удержаться от соблазнов. Слушай своё сердце, но никогда не пренебрегай голосом разума, тогда ты будешь поступать правильно.
Мистер Питер тяжело вздохнул и девушка крепко обняла его. Почему-то именно сейчас Рейчел отчётливо поняла что отец уходит. Он не увидит как она полюбит, не услышит как она будет приносить клятву перед алтарем, не понянчится с внуками. Хрустальные слезинки побежали по щекам и девушка уже не могла сдержать их. Ее детство неизбежно подошло к концу.
В ту самую тёмную и тяжелую ночь в своей жизни, Рейчел проснулась от звуков шагов в коридоре. За окном шёл дождь, омывая деревья каплями, отчего казалось что листья плачут. Девушка свесила ноги и зажгла свечу. Осторожными шагами она прошла по комнате и вышла в коридор. Увидев бледное лицо Шарлотты, Рейчел замерла. У сестры дрожали губы, а глаза застилала пелена слез. Девушка прикрыла рот рукой чтобы сдержать крик. Не сейчас. Только не в последние минуты жизни отца. Он должен спокойно уйти.
— Чарли спит, не нужно его будить сейчас, — полушёпотом произнесла Шарлотта.
Рейчел кивнула и они, взявшись за руки, пошли в спальню к отцу. В последний раз…
***
Следующие две недели прошли словно в тумане. В скорби, слезах, в неизвестности и сборах. Лишь Рейчел не проронила ни слезинки. Всю боль она держала внутри, не позволяя себе и толику слабости. Она помогла собирать вещи, но ходила по дому словно призрак, который не мог найти покой своей душе. Совсем скоро она покинет дом, где появилась на свет, друзей, с которыми росла.
— Возможно, не все так плохо как тебе кажется, — проговорила Ребекка, поправив рыжую прядь волос, когда подруги прогуливались у озера — Ты там многих знаешь…О! Помнишь мистера Роберта? Ты у него постоянно воровала яблоки.
— Я искренне надеюсь что уже давно уехал, иначе мне будет ужасно стыдно, — вздохнула девушка — Хотя он скорее всего и не помнит меня. Уже семь лет назад он был очень взрослым, в два раза старше меня.
— Если что ты просто извинишься, — подруга пожала плечами — Все мы когда-то были детьми.
— Папа называл меня обезьянкой, — прошептала Рейчел и отвернулась к озеру, обнимая себя за плечи — Иногда мне кажется что он просто снова уехал и нужно ждать его возвращения. А потом вспоминаю что его больше…больше нет и так больно становится.
Ребекка бесшумно подошла и обняла подругу, которая впервые заплакала после смерти отца. Не навзрыд и беззвучно, но эти слезы были самые горькие. Рейчел всегда казалась всем легкомысленной, и только близкие знали как остро она все переживает…