– Милорд, – сказал он, задыхаясь, – мы кое-что нашли. Но не знаем, что.
Это была колонна тумана; белый, парящий, непроницаемый столб змеился в солнечных лучах, то поднимаясь, то опускаясь к самой земле.
– Его нашел Бирник, милорд. Он прикоснулся к нему – и вот результат. Взгляните, милорд. – Бирник показал покрывшиеся пузырями ладони.
Карадур опустился на колени и провел рукой сквозь клубящийся туман.
– Ледяной холод, – негромко проговорил он. – Холод – это сердце Пустоты… Руил, найди волшебницу. Попроси ее прийти сюда. – Руил убежал. – Бирник, пусть Макаллан осмотрит твои руки.
– Да, милорд, я обязательно к нему обращусь, – ответил солдат, но не сдвинулся с места.
К ним подошла Сенмет из Мако.
– Волшебница, ты знаешь, что это такое? – спросил Карадур.
Волшебница остановилась, оперлась на свой посох и задумчиво проговорила:
– Я знаю, на что это похоже.
– Это нечто невероятно холодное, – сказал Карадур. – Однако оно не превращается в снег или лед. Обычный туман не может быть таким холодным.
– Я вижу, – сказала волшебница. – Ну… – Она направила посох на туман и произнесла какую-то фразу. Ничего не произошло. Она повторила фразу. Туман сгустился. – Нет. Это не то, чего я хочу, – пробормотала она. – Ага. – Она вновь направила посох на туман.
– Пусть все предметы и существа, видимые и невидимые, появятся и станут видимыми для всех…
Ветер рассеял туман, словно снежную пену. Маленькая черная шкатулка лежала в небольшом углублении. Карадур опустился на колени и поднялся на ноги, держа ее в одной руке. Затем он открыл крышку. Белое сияние вырвалось наружу. Лорд-дракон перевернул шкатулку вверх дном.
Ему на ладонь выпал золотой браслет с драконом.
ГЛАВА 22
Пальцы Карадура сомкнулись на блистающем амулете. Морщины и усталость исчезли с его лица; оно светилось удивлением. Руил наклонился, чтобы поднять шкатулку.
– Не трогай ее, – резко приказал Карадур. Мальчик тут же отступил назад. – Ты можешь пока оставить ее у себя? – спросил Атани у волшебницы.
– Да, милорд Дракон. – Сенмет коснулась его руки и указала на юг. – Направляйся туда, – посоветовала она. – Тебе понадобится много места.
Он так и сделал, быстро шагая между канавами, ямами-ловушками и грудами камней. Земля здесь постепенно шла под уклон: идущий довольно быстро пропал из виду, но затем показался снова. Наконец Карадур остановился.
– Что это? Что он собирается делать? – спросил Рогис.
– Смотри, – ответила волшебница.
Неожиданно хрустальное сияние затмило свет дня.
Когда оно погасло, человек исчез. На его месте возник дракон. Его изящные граненые чешуйки сияли в прозрачном солнечном свете, точно расплавленное золото. Голову украшала роскошная грива из тонких шипов. Он был огромен: стройное и грациозное тело более пятидесяти футов в длину с царственной головой и хвостом, напоминающим громадный хлыст с острыми шипами. Открыв клыкастую пасть, он взревел, и это был оглушительный триумфальный крик могучего существа. Его крылья раскрылись, точно гигантские веера.
С необыкновенной легкостью дракон взмыл в небо. Огромные крылья со свистом рассекали воздух. Он сделал над ними круг и вновь испустил оглушительный клич. А потом с удивительной грацией выпрямил свое длинное тело и полетел, как стрела, в сторону солнца.
Лошади, как и следовало ожидать, взбесились.
Они вставали на дыбы, ржали и рвали кожаные постромки, словно те были из соломы. Животные выдергивали из земли шесты, к которым были привязаны, и уносились прочь. Скакуны под всадниками понесли. Даже мулы, выбранные за выносливость и спокойный нрав, бросились бежать в разные стороны, таща за собой нагруженные сани и повозки. Герагин Дол упал на колени и закрыл лицо руками, его била крупная дрожь. Орм склонился над ним.
– Клянусь яйцами Вайкеннена! Ты в порядке?
Темноволосый офицер поднял голову. Он смеялся сквозь слезы.
– Да. О боги! У нас уйдут часы, чтобы собрать лошадей и мулов.
Орм посмотрел на него и покачал головой.
– Саидор! – закричал он. – Отведи капитана туда, где он сможет присесть. – Он показал в ту сторону, где на соломенном тюфяке лежала Соколица из Уджо.
Рядом с ней находился Азил Аумсон. Сандор повиновался. Пока он устраивал Герагина рядом с раненой лучницей, мимо проскакало несколько обезумевших лошадей. Герагин был смертельно бледен, и Сандор протянул ему мех с вином. Мастер всадников поднес его ко рту. Однако ему удалось сделать пару глотков только со второй попытки: часть вина выплеснулась на грудь. Вскоре на его щеках проступил румянец, и мужчина перестал дрожать.