– Боги, – проворчал Рогис, оглядываясь по сторонам, – настоящий свинарник.
– Мне нужен Рео Уиамира, – холодно произнес Дракон. – Найдите и приведите его ко мне. – Он развернулся на каблуках и вышел на лужайку, где лучники Орма держали на прицеле грабителей.
Луна Охотника продолжала ярко светить с небес.
Вооруженный мечом Герагин вместе с Ормом и Лурри поднялись по лестнице в спальню. Раздались крики: кто-то отчаянно ругался, но неожиданно наступила тишина. Затем седой старик в грязном халате, сопровождаемый капитаном, спустился вниз. Острие меча Герагина упиралось ему в спину.
Старик подбоченился, не обращая ни малейшего внимания на меч.
– Проклятье, что за неуважение! – возмутился он. – Кто осмелился прервать мой охт… отдых!
Карадур Атани холодно посмотрел на него.
– Ты знаешь, кто я такой.
– Неужели? – Старик прищурился. – О, да. Мой повелитель пришел меня навестить. Если бы я знал о вашем визите заранее, то приготовил бы дошт… достойную встречу.
Пошатываясь, он спустился с последних ступенек.
Герагин убрал меч.
– Ива, – позвал старик, широко разведя руки. – Ива, у нас гости! Принеси вина. – Он покачнулся. – Извините. Вина больше нет. – Тут он заметил лучников и своих мрачных протрезвевших людей. – Ш-што такое? В шем дело?
– Старик, ты знаешь, где сегодня ночью побывала банда твоих головорезов? На ферме Торина Амдура. Они украли лошадей и убили Торина и его сына Гарта. А потом подожгли дом вместе со всеми, кто в нем оставался.
– Ш-шмешно, – сказал Унамира. – Зачем им это делать? Я не отдавал такого приказа. – Но в его глазах промелькнул испуг.
– Они это сделали. И ты будешь отвечать за своих людей, – сказал лорд-дракон.
Рео Унамира расправил плечи и попытался принять вид невинно оскорбленного.
– Вам не шледует так говорить со мной, милорд. Я с честью шлужил у вашего отца. Жизнь ему в бою шпас.
– Я знаю, – ответил Карадур Атани. – Ты пользовался этим в течение тридцати лет. Вот почему я даю тебе один день. Завтра на закате ты и твоя семья должны покинуть мои владения.
– А шо будет с ними? – старик махнул нетвердой рукой в сторону грабителей.
– Они убили моих людей, – холодно сказал Карадур. – У них больше нет права на жизнь. – Он повернулся к потеющим от страха бандитам. Лунный свет осветил их влажные лица. – Кого из вас зовут Эдан?
Никто не ответил. Но двое грабителей повернули головы. Тогда Карадур указал на высокого темноволосого мужчину.
– Выйди вперед. – Человек, к которому он обращался, медленно поднял голову и неуверенно переступил на месте. – Я думаю, что это ты. Финле, убей его.
Запела тетива лука. Эдан дернулся и упал на спину. Из его груди торчало оперенное древко стрелы.
Старика перекосило от злобы. Он выругался и сплюнул в грязь.
– Вот какова благодарность рода драконов. Ива! Ива, мы уезжаем, – закричал он. – Наш милосердный повелитель выгоняет нас из дома. Майя! Трейон!
Дверь дома распахнулась. Высокая девушка в голубом платье спустилась с крыльца. Ее сопровождали два желтоглазых волкодава, один угольно-черный, другой серебристо-серый.
– Трейон ушел, дед.
– Ушел… – Старик раздраженно посмотрел на нее. – Ушел. Я не понимаю. А где Ива?
– Ивы здесь нет, дед. – Девушка устало вздохнула и повернулась к лорду-дракону. – Милорд, как видите, мой дед слишком много пьет. И говорит слова, которые не следовало бы произносить вслух.
Ее платье, хотя явно не новое, сияло безупречной чистотой. Длинные каштановые волосы были зачесаны назад, по моде Накаси.
– Кто ты? – спросил Карадур.
Она подняла на него серьезные глаза. Волкодавы неподвижно стояли рядом с ней.
– Прошу прощения. Я Майя ди Сорвино. Моей матерью была Ива Унамира.
Рео Унамира ухмыльнулся.
– Ты должен был жениться на ней, мальчик! Мы с твоим отцом обо всем договорились. Но потом Коджиро сошел с ума. Безумный Дракон. – Он провел рукой по спутанным волосам.
– Я помню, – задумчиво проговорил Карадур. – Твой дед прислал письмо… наверное, лет пять назад. Однако мне казалось, ты моложе.
Она слегка улыбнулась.
– Я была моложе. Пять лет назад мне было тринадцать.
– Ты из Накаси?
– Я родилась в Накаси, в Сорвино. Моего отца зовут Марион Сорвино. Ребенком я жила в его доме. Моя мать и я вернулись сюда шесть лет назад.