– Милорд, – негромко заговорил капитан, – кто-то должен сообщить семье Теа. Вы хотите, чтобы я отправился в Слит?
Карадур покачал головой.
– Нет. Я сам это сделаю.
Он застыл в неподвижности: от него исходил жар, словно сияние летнего солнца.
Казалось, еще немного, и все его тело запылает. Синий огонь мерцал вокруг его ладоней. Капитан не выдержал и отступил на шаг. Лорд-дракон перевел взгляд на Соколицу. Она приготовилась к новому испытанию, но теперь его прикосновение было на удивление мягким.
– Он был твоим другом, – сказал Карадур. – Сожалею. Ты останешься до моего возвращения? Я бы хотел поговорить с тобой. – Такое неожиданное проявление вежливости едва не вызвало у нее слезы – в ответ Соколица молча поклонилась.
В этот момент к ним, прихрамывая, подошел высокий темноволосый человек.
– Милорд, разрешите мне пойти с вами, – робко попросил он.
С его руками произошло нечто ужасное, они были покрыты шрамами и сломаны в нескольких местах. После короткого колебания Карадур ответил:
– Хорошо.
Затем он повернулся и взял поводья своего скакуна.
Державший их симпатичный рыжеволосый паренек проговорил:
– Милорд, разрешите мне также вас сопровождать.
Карадур замер, словно обратился в камень. Соколица не могла видеть его лица. Но она ощутила ярость, которой был охвачен лорд-дракон. Ее мощь едва не сбила Соколицу с ног. Рыжего паренька отбросило на десять футов, и он ударился лицом о стену. Потом его тело медленно сползло на землю. Карадур вскочил в седло; конюх сложил руки и помог взобраться на лошадь мужчине с изуродованными руками. Не оборачиваясь, лорд-дракон направил мерина к воротам. Седовласый капитан отдал несколько коротких приказов, солдаты подняли рыжего паренька и унесли его.
Толстый офицер спросил у Соколицы:
– С тобой все в порядке? Ты немного побледнела. Может быть, хочешь поесть?
– Мне бы неплохо поспать, – ответила она.
– Ну, это можно устроить, – ответил он. – Торик! Отведи Соколицу в комнату для гостей. Если захочешь есть, скажи Торику. В кухне всегда можно что-нибудь найти.
Мальчик отвел женщину в маленькую холодную комнату на втором этаже. Узкие высокие окна закрывали шторы. На стене висел слегка закопченный гобелен с изображением лучника, стреляющего в оленя или лося. Торик принес таз, кувшин с водой и чистое полотенце. Наконец усталая Соколица осталась одна. Она смыла оставшуюся на руках грязь и кровь Волка и Теа.
Потом улеглась на постель и, несмотря на головную боль, задремала. Когда паж разбудил ее, уже наступил вечер. Он предложил ей пройти в зал, где ужинали стражники. Оттуда доносился аппетитный запах жареной баранины и свежего хлеба. Голова почти прошла. Оставив лук и кинжал у стены вместе с остальными вещами, Соколица уселась рядом с мужчинами.
– Орм, – представился немолодой стражник с выбритым черепом.
Сидевший рядом с ним юноша с серьезным видом сообщил, что его зовут Хью.
– Гэвин, – представил третий.
– Турин, – заявил четвертый.
Слуги принесли блюда с кусками баранины и сладким картофелем. Голодные мужчины с аппетитом набросились на еду. Каждому налили по стакану вина.
Рядом с Соколицей уселся стройный воин с офицерской нашивкой на рукаве. Он наклонился вперед и наколол на кинжал кусок баранины.
– Герагин Дол, мастер всадников. Добро пожаловать в Крепость Дракона.
– Благодарю.
– Сожалею о твоем друге, – мягко сказал он. – Я не слишком хорошо его знал. Однако мы с ним несколько раз беседовали. Его смерть – потеря для всех нас.
Люди за столом закивали. Бритоголовый Орм поднял свой стакан с молчаливым тостом. Все последовали его примеру и выпили в память о Волке.
– Мне рассказывали, что он служил Лемининкаю, – продолжал Дол.
– Как и я. Там мы с ним и познакомились.
– А там все еще устраивают летние скачки на улице за замком? Несколько лет назад я побывал в Уджо, когда служил в гвардии Эрина ди Мако. Тогда мне удалось выиграть десять золотых.
– Да, скачки проводятся до сих пор. А в сентябре, по случаю дня рождения Лемининкая, устраивают скачки на свиньях.
Орм и Хью одновременно посмотрели на нее.
– Свиные скачки?
– Да, это старая традиция. Фермеры заявляют для участия молодых кабанов: говорят, что это делается в честь дня рождения лорда, но я слышала, что Кални Леминин родился в январе, а скачки неизменно проводят в сентябре. Так или иначе, но после скачек Леми-нинкай всегда устраивает пир, люди надевают маски, всю ночь пьют вино, а на следующий день все отдыхают.