Валера напрягся, он понял, на что намекает его собеседник. Петрович победоносно поднял сжатую в кулак руку:
— Масонами управляют рептилоиды! Круг замкнулся!
Опытный спорщик, конечно, понимал, что его «аргумент» слабоватый, но в подобных дебатах главную роль играли уверенность и эмоциональность. А ещё умение вовремя соскочить с темы, оставшись таким образом победителем.
— Ты мне лучше вот что, Валера, скажи, — хитро перевёл разговор в совсем иное русло Василий Петрович. — Что с нынешней молодёжью творится? Она ведь реально дурной в последнее время стала! Знаешь, к примеру, какой подарок у меня внучок на Новый год попросил?
Встав на предательски дрожащие от чрезмерной выпивки ноги, дедуля с трудом доковылял до лежащего в углу комнаты для отдыха свёртка. С грохотом положил длинный предмет на стол, чуть не пролив своё пиво. Неловкими движениями начал отдирать скотч, чтобы извлечь подарок из пузырчатой упаковки.
Валера некоторое время подозрительно наблюдал за товарищем, но потом любопытство пересилило в нём обиду за проигранный спор, и он начал помогать с распаковкой.
— Вот! — наконец извлёк Василий Петрович подарок. — Угадай, что это? Эльфийский меч-сабля! Плюс пять к силе, плюс два к выносливости…
У Валеры отвисла челюсть:
— Петрович, погоди. Сколько твоему внучку лет?
— Тридцать восемь, — горько вздохнул Василий Петрович. — Тридцать восемь лет мужику, а у него всё эльфы, гномы и орки одни на уме!
— М-да… — почесал своё пузо Валера. — Мне в его возрасте было уже пятьдесят два.
На сей раз в недоумении застыл уже сам Петрович. Хитрая арифметика Валеры всегда была за гранью его понимания.
— А чем он по жизни у тебя занимается? — уточнил Валера род деятельности отстающего в развитии внука.
— Этот, как его, который книги пишет…
— Писатель? — подсказал Валера.
— Да я тебя умоляю, Валера, ну какой он, на фиг, писатель?
— Автор? — предложил Валера другой вариант.
— Нет. На букву Г, как же это слово новомодное было… — Василий Петрович напряжённо теребил пояс банного халата. Внезапно его осенило: — Во, графоман он! Пишет книги, которые никто не читает.
— У-у-у, запущенный случай, — дружески похлопал товарища по плечу Валера. — Сочувствую, Петрович, сочувствую.
— Ему уже все говорят: жениться тебе пора, внуков хотим, правнуком! А ему всё как об стену горох, знай только один за другим романы строчит, нисколько о будущем думать не хочет. И ладно бы книги толковые были: про попаданцев назад в СССР, ну или хотя бы в представителей боярского рода, либо про любовь что-нибудь там, эротику — так нет же, фэнтези с социальной фантастикой смешивает, ну кто такое вообще читать будет? Да я лучше в очереди на оплату квитанций ЖКХ постою, если мне страдашек захочется, чем социальную фантастику с эльфами прочитаю!
Чувствуя душевные муки друга, Валерий подлил ему пивка:
— Слушай, может Саныча попросить с этим балбесом серьёзно поговорить? Саныча молодёжь уважает, он у них популярный, как там его, блогер. Про загнивающий Запад рассказывает…
Василий Петрович покачал головой, отхлебнул для успокоения сразу полкружки начинающего теплеть пива:
— Сейчас каждая собака — блогер, не будет мой балбес его слушать. Скажет, что Саныч ни разу в жизни дальше Беларуси на западе не бывал, а потому весь его блог — пропаганда. У внучка настоящий бзик на тему манипуляций в массмедиа. Он даже в мировое правительство не верит, о чём можно говорить с таким человеком? Нет, Валера, мы уже всё перепробовали, дохлый номер.
— Ладно, Петрович, ты, главное, так не расстраивайся. Хотя бы не алкоголик и не геймер твой внучок, уже хорошо.
Дедушка согласился:
— Это точно. От компьютерных игр нынче вся в мире жестокость. Пусть уж лучше свои наивные книжки пишет. От них, по крайней мере, никому вреда нет, — Василий Петрович сделал ещё один большой глоток пива. — Ведь их всё равно никто никогда не прочтёт.
Шатаясь так, что на сей раз именно от него шарахались все прохожие, Василий Петрович возвращался после баньки домой. Опасения окружающих были вполне обоснованными: пьяный дед с полуторным мечом это вам не хухры-мухры, лучше перейти на другую сторону дороги — просто чисто из вежливости.
— Р-раньше, р-раньше было лучше! — напевал пенсионер услышанную недавно в гостях у внучка песенку.
Внук считал песню стёбом, но молодой человек вообще мало к чему относился серьёзно. Всё-то у него хиханьки да хаханьки, никакой веры в светлую даль…
— Насколько только можно
Вкусное мороженое!
Р-раньше, раньше было лучше!