– Борис Валентинович, – ответил Серёжа, не останавливаясь. – Может, всё-таки чуть в стороне закопаем? Яблони хоть и старые, но еще плодоносят. Их же можно есть, витамины как-никак. Не дело, чтобы корни питались мертвечиной.
– Считай, это мой каприз, – почесал лоб опытный выживший и, немного подумав, добавил: – Яблоки – неплохой ресурс. Их можно не есть, а просто обменять на что-то другое.
Борис взял в руки вторую лопату и принялся копать рядом.
– Как будем их тащить? – кряхтя от усталости, спросил парень. – Они жутко воняют. Особенно бабушка. В дом без тряпки на лице уже не зайти.
– Я всё продумал, – ответил наставник. – Завернём тела в простыню. В любом случае это надо сделать. Спасибо, что согласился вернуться сюда со мной. Я это запомню.
– Мы же напарники, забыл? – вытер нос указательным пальцем Серёжа. – Главное, чтобы зомбаки нас не почуяли. Стрелять нельзя, только в самом крайнем случае, иначе хана.
Борис Валентинович по-доброму улыбнулся и стал откидывать землю еще быстрее.
– Вы приняли правильное решение, – сказал вдруг Серёжа. – Теперь будете спать крепко, зная, что сделали для родственников что могли.
Борис оглянулся по сторонам и тихо ответил:
– Знаешь, в детстве и юности, когда смотрел по телевизору различные фильмы, в основном, конечно, боевики, то никак не мог понять одной вещи.
– Какой же?
Главные герои почему-то принимали неправильные решения, хотя, казалось бы, вот они, лежат на поверхности, и чего может быть проще. Просто не делай как не надо и поступай как надо. Я еще тогда пообещал сам себе, что не стану таким никогда и всегда буду правильным. На деле же это оказалось тяжелей, чем думал. Повзрослев, я понял, в жизни не всё так просто, как в кино. Вроде знаешь, как поступить, но делаешь иначе. Уж очень хочется сделать по-другому. Порой даже сил нет, как тянет. Ужасно хочется плюнуть на всё и пустить на самотёк. Хотя бы на день, на два, на недельку или, в крайнем случае, на месяц. Потом что-то щёлкает в голове, и ты берешь себя в руки.
– Борьба с самим собой, – перебил наставника Серёжа.
– Что, прости?
– Самая тяжелая борьба, – продолжил Сергей. – Побороть себя очень сложно, потому как силы равны. Как ни странно, в этой битве всегда есть победитель.
– А если эта битва начинается каждый день заново? – грустно спросил Борис Валентинович, не ожидая ответа.
Напарники прокопали минут тридцать молча. После Борис вылез из ямы и спускался уже только, чтобы подпилить корни яблонь маленькой короткой ножовкой.
– Думаю, достаточно, – объявил через какое-то время Серёжа. – Глубже копать не стоит.
Борис подошёл к яме, оценивающе взглянул вниз, молча кивнул головой и, нагнувшись, протянул напарнику руку. Серёжа схватился за неё и с усилием выбрался из вырытой могилы.
Друзья повязали на лица тряпки так, чтобы они закрывали рот и нос. Надели на руки строительные перчатки и двинулись в сторону дома.
Зайдя внутрь, напарники тут же ощутили резкий запах гниющей человеческой плоти. Бабка по-прежнему сидела в кресле перед телевизором и ужасно смердела. Повязка особо не помогала, и у Серёжи начались рвотные позывы.
– Если сильно тошнит, то не стесняйся, – щуря глаза, произнес Борис Валентинович. – Может, так полегче станет.
– Было бы чем, – пытался успокоиться Серёжа. – Мы с вами сегодня ещё ничего не ели.
– Тогда давай сделаем всё быстро.
Борис подошёл к кровати, резким движением руки сбросил тонкое покрывало на стол. Затем сделал то же самое с одеялом. Снял белую простыню и приблизился к бабушке.
– Хмм… – призадумался наставник. – Трогать руками её не хотелось бы. Как же нам завернуть тело в ткань?
Молодой смотритель взял из рук Бориса простынь и расстелил ее аккуратно на полу сбоку кресла на определенном расстоянии. Затем зашел с противоположной стороны и, ухватившись за ручку и спинку, наклонил, предварительно обрезав веревку, удерживающую покойницу. Бабка вывалилась на пол ровно по центру ткани. Борис Валентинович был впечатлен такой сообразительностью молодого человека, но не подал виду, лишь одобрительно сказал:
– Отлично.
Напарники замотали труп со всех сторон, сделав возле ног и головы некое подобие ручек. Подняли бабку и потихоньку, не спеша вынесли из дома. Пока тащили до места захоронения, ткань от тела пропиталась и сильно начала пахнуть. Сережа, снова почувствовав рвотные позывы, прибавил шаг и, дойдя до ямы, скомандовал наставнику бросить тело вниз.
Ту же самую операцию проделали и с дедушкой. Простынь сняли со второй кровати. Зашли в сарай и завернули в нее мертвое тело старика.