Она напряглась. Калум схватил Элвиса за шею, а потом появился Шей.
— О Боже, ты просто собака. Элвис. — Ее голос сорвался на писк. — Это ведь сон, верно? — У него даже бороды не было — откуда взяться меху?
— Это не сон, линнан.
Зеб вошел в спальню с дымящейся чашкой в руках.
Несмотря на его хмурый взгляд, она почувствовала себя ужасно женственной. И обнаженной.
Бри натянула одеяло повыше и выставила вперед подбородок.
— Что?
— Ты напала на адского пса, — прорычал он. — Ты что, совсем спятила?
— О, ну, в следующий раз я позволю ему убить маленькую девочку. — Джейми умерла бы точно так же, как Эшли. Разодранная на части. Воспоминание застряло у нее в груди и душило ее. Она повернулась лицом к стене, усиленно моргая.
— Брианна? — Глубокий голос Шея был нежен.
Но он трансформировался, как и та тварь в ее квартире.
А затем существо-человек… она сглотнула. Не думай об этом.
Все произошедшее прошлой ночью было искажено, как тогда, когда она читала оригинальные сказки — те, у которых не было счастливого конца, и маленьких мальчиков и девочек убивали. Или они были приготовлены злой ведьмой. Съедены волком.
Холодок пробежал по ее спине, когда она посмотрела сначала на Зеба, потом на Шея.
Я совсем не знаю этих людей. Шей превращался в собаку.
— Вон, — сказала она. — Вы оба. Убирайтесь.
— Но… — запротестовал Шей.
Она указала пальцем на дверь, вздрогнув при мысли, что они могут и не уйти.
Зашагав прочь, Шей протиснулся мимо Зеба.
— Отлично сработано, тупица.
— Мы поговорим позже, маленькая женщина, — жесткий взгляд Зеба окутал ее вниманием, словно шерстяное одеяло, колючее, но теплое. — Насчет прошлой ночи. И о том, что случилось в твоем городе, что до сих пор так сильно расстраивает тебя. — Он со стуком поставил чашку на прикроватную тумбочку и вышел, закрыв за собой дверь.
Она замерла, почти ожидая их возвращения. Прошла минута.
Ее рука дрожала, когда она взяла стакан. Она подозрительно принюхалась. Бульон. Что ж, если бы они хотели ее смерти, то прошлой ночью у них была такая возможность. Когда она проглотила немного, чудесный жар скользнул к ее животу.
Сделав еще глоток, она попыталась собраться с мыслями. На нее напал монстр — адский пес, но не тот, что в Сиэтле. Тот был больше. Она вздрогнула. В городе жил еще один. Но теперь у нее был пистолет.
Только… ее выстрелы не сработали. Она крепко зажмурилась, вспомнив, как стреляла из револьвера. Адский пес продолжал приближаться. У меня нет никакой защиты от этого.
Когда ее рука задрожала, бульон расплескался по стенкам чашки.
Подождите. Зеб зарезал это существо, и оно умерло. Значит, монстра можно убить. Возможно.
Она выпила еще бульона, чтобы подкрепиться, затем осмотрела свою укушенную руку. Несколько часов назад она сильно кровоточила, но теперь остались только розовые линии. Сегодня Зеб не хромал. На шее у Шея не было повязок. Этот человек с серебристыми глазами действительно проделал какой-то исцеляющий фокус. Она посмотрела на свою руку и улыбнулась.
На самом деле, я совершенно не против такого исцеления.
Но уж точно не всего остального, особенно превращение Элвиса в Шея. Она нахмурилась. Она ни за что не поверит в это.
Э-э… Кроме того, она видела собаку и Шея одновременно. Разве нет? Она прикусила губу. Зеб пошутил насчет кастрации, а Элвис зарычал. Пес слушал ее, склонив голову набок, как будто понимал. Боже, она столько всего рассказала Элвису о своем прошлом.
Неужели она попала в сказку — или в кошмар? Она обхватила себя руками. В этом мире были монстры, собаки, которые были людьми, и люди, которые могли собрать плоть вместе. Это совсем не моя жизнь. Я хочу вернуться в свой город, на свою работу, в свою квартиру. В мой дом. Ее желание умерло, когда она вспомнила, что в Сиэтле есть монстр.
Бри судорожно вздохнула. Так, ладно. Единственный способ пройти через это — шаг за шагом. Это все равно, что следовать новому рецепту. Она поморщилась. Ее первая буханка хлеба была тверже бетонных блоков, которые она разбивала в карате. Рецепты не всегда срабатывают.
Так, Шей превратился в собаку. Она напряглась. Собака? Или волк? Был ли он оборотнем? Ее сердце бешено заколотилось. Неужели она тоже превратится в существо? Нет, нет, нет. Ее руки сжались в кулаки под одеялом. Но он не укусил ее. Ее дыхание замедлилось. Она была с ним наедине в долгих-долгих походах, и он никогда не причинял ей боли.