Больно схватив ее за руку, он потащил ее вверх по тропе, сквозь толпу, в центр собрания.
Герхард, подумала она, хотя в глазах все время двоилось, — остановился на полуслове.
— Клаус, что случилось?
— Твоя новая волчица сбилась со следа и упала с тропы. Хорошо, что я ее нашел.
— Упала? — Голос Герхарда стал нейтральным. — Я рад, что ты спас ее, Клаус. — Он посмотрел на нее. — Так ты передумала?
Струйки крови стекали по ее лбу, икре, плечу. Боль от падения начинала расцветать… повсюду. Ребра ныли при каждом болезненном вдохе.
Несмотря на это, она попыталась вырваться, и хватка Клауса усилилась.
Инстинкт самосохранения кричал, что она должна согласиться на все его требования.
Она не могла.
— Нет. — Ее голос дрожал сильнее, чем ноги, и она заставила себя успокоиться. — Никаких проблем. Я покину твою дурацкую территорию.
Пальцы, обхватившие ее руку, болезненно сжались.
— Новый оборотень не может уйти, пока Козантир не разрешит, — сказал Герхард. — Это займет по меньшей мере несколько месяцев.
— Мне плевать.
— Должно быть, падение сбило ее с толку, Герхард. Я отведу ее обратно в таверну, — уродливый голос Клауса и его враждебный запах действовали ей на нервы. Он попытался оттащить ее назад через толпу.
На этот раз он меня убьет. Словно вызванный страхом адреналин прочистил голову Бри, она почти увидела, как нахмурился Сэнсэй. Он никогда не сдавался, никогда не позволял ей сдаваться. В сердце одного вдоха она нашла свой центр.
— Бедная девочка, она…
Развернувшись, она пнула Клауса в голень. Он завопил, и его хватка ослабла. Она вырвалась. Стоя достаточно близко, чтобы ее затуманенное зрение не было проблемой, она ударила его по лицу.
Под костяшками ее пальцев хрустнул хрящ — его нос.
Когда он отшатнулся, она ударила его ногой по колену, заставив зарычать.
Вид колеблющихся фигур, приближающихся к месту схватки, отвлек ее, и Клаус ударил ее кулаком по ребрам, опрокинув на колени. Боль окатила ее огненными волнами. Пытаясь восстановить дыхание, она чувствовала себя как в кошмарном сне, окруженная врагами, и никто не мог ее спасти.
***
Когда Шей добрался до задней части стаи, он понял, что его напарник остановился под деревом, чтобы поймать своенравную мышь. Судя по немногим фактам, которыми поделился Зеб, он оставался волком в течение многих лет после того, как потерял свою семью. Он не только умудрился жить один, не одичав, но и — Шей усмехнулся — научился никогда не отказываться от закуски.
Улыбка Шея погасла. Они с Зебом нашли следы адского пса. Им нужно было поговорить с Калумом и Алеком. Запах был незнакомым, а это означало, что на территории все еще обитает адская гончая.
Оглядевшись по сторонам, он увидел, что все были в человеческом обличье, поэтому он обратился. Впереди послышались крики и шлепки плоти о плоть. Вероятно, молодые самцы играют в игры. От него пахло здоровым потом. Гневом.
Затем, когда женщина закричала:
— Нет! Оставь ее в покое. — Шей уловил наполненный страхом запах Брианны. Что-то внутри него скрутилось и лопнуло от гнева. Он не мог ее увидеть. Рычание вырвалось наружу.
В центре круга Герхард обернулся. Их взгляды встретились.
Шей начал проталкиваться сквозь толпу.
Альфа выкрикнул команду, и самцы намеренно преградили Шею путь. Клянусь Богом, они еще пожалеют об этом. Он схватил первого за руку и швырнул в следующего на своем пути. Обойдя их, он расплющил тощего мужчину, который встал у него на пути.
Сзади послышался рев Зеба и чей-то визг. Мужчина завопил, а потом закричал от боли. При появлении Зеба, оставшиеся препятствия растаяли на их пути.
Когда он добрался до центра, Шей увидел Брианну, стоящую на четвереньках. Четверо мужчин окружили ее, словно волки поверженного оленя. Герхард стоял рядом.
Шей нырнул вперед, ловко обратившись в воздухе в волка. Откинув назад уши, его шерсть поднялась дыбом, он встал перед Брианной, заняв позицию охранника.
Один из братьев Герхарда отступил, как и двое других мужчин. Клаус остался, его лицо исказилось от ярости.
Кровь размазалась по его лицу и капала с подбородка.
Зеб встал между ним и Шеем.
— Давай придурок, рискни. — Клаус нахмурился, но отошел на шаг в знак отступления. Зеб наблюдал, его запах был едким от гнева.
Когда несколько секунд никто не двигался, Шей обернулся и опустился на колени рядом с Брианной. Она истекала кровью из множества порезов и царапин, и красные пятна разбитых кровеносных сосудов виднелись на ее светлой коже. Глаза остекленели, она не видела его, когда попыталась встать. Но она была жива, слава Богу.