Подойдя к таверне, Шей открыл дверь и жестом пригласил ее войти. На секунду она остановилась у входа, чтобы дать глазам отвыкнуть от яркого света снаружи. Музыкальный автомат был включен на минимальную громкость, и в баре было почти пусто, если не считать пары дальнобойщиков.
Калум заметил их и кивнул на столик у окна. После того, как она и мужчины сели, он принес поднос с напитками и раздал их.
Бри изучала его поверх ободка стакана с диетической колой. Значит, он был как король в этом районе? По общему признанию, этот человек казался весьма авторитетным. Но все же…
Он встретил ее взгляд с легкой улыбкой, прежде чем повернуться к Шею и Зебу.
— Я слышал о прошлой ночи. И рад, что Брианна останется с вами.
Шей кивнул.
Калум посмотрел на нее.
— Я хотел поговорить с тобой о твоем будущем.
— Превосходная идея. — Она поставила стакан на стол. Герхард сказал, что Козантир не позволит ей уйти. Вот сейчас и посмотрим.
Прежде чем она успела заговорить, он продолжил:
— Новых оборотней, независимо от их возраста, учат старые. Как и ты, Виктория стала оборотнем в зрелом возрасте, и ей не хватало знаний, которые мы обычно получаем в детстве. Сейчас она в деревне Старейшин, получает уроки истории и обычаев Даонаинов.
— Ох. А я все думаю, куда она подевалась. Я скучаю по ней.
— Как и я. В обычной жизни я бы отправил тебя в деревню, чтобы ты получила официальное признание. Но, при сегодняшней ситуации, Шей и Зеб нужны мне здесь, а ты еще не готова расстаться со своими наставниками. Я отправлю тебя туда через месяц или два.
— Месяц или два? — Она уставилась на него. Герхард был прав? Как долго, по их мнению, она пробудет здесь?
Он кивнул Шею и Зебу.
— Я бы хотел, чтобы Старейшины также признали и вас. Как только другие кахиры будут обучены, один из вас сможет отправиться с Брианной, встретиться с ними и вернуться. Позже другой может пойти и привести ее обратно. Тогда я смогу должным образом заботиться о клане здесь. — Бри поджала губы. Он определенно не стеснялся планировать ее жизнь. Паршиво. Ей не хотелось ехать в какую-то деревню и знакомиться с новыми людьми. Плохих и здесь хватало.
— Послушай, Калум, я не хочу идти…
— Брианна, — перебил он ее. — Это традиция и требование для новых оборотней. К сожалению, наши Старейшины именно такие — пожилые — и они не могут путешествовать, чтобы встретиться со всеми вами. Было бы очень любезно, если бы вы согласились посетить их.
Черт возьми, если она скажет «нет», это прозвучит невежливо по отношению к пожилым людям.
— Ты хитрее, чем я думала. — Его глаза весело блеснули.
— Спасибо. А пока у тебя есть чему поучиться и здесь.
Этот большой придурок хотел сказать, что она надолго застряла здесь?
— Ты ведешь себя так, будто я останусь здесь, но ты ошибаешься. Мне нужно вернуться в Сиэтл. — Ресторан не будет вечно держать за ней ее рабочее место.
— В обозримом будущем ты будешь жить здесь. После того, как твое обучение закончится, и ты достигнешь контроля над своей сущностью, можешь идти куда пожелаешь.
Ее губы сжались. Он не уступал ни на дюйм, не так ли?
— Брианна, мы прятались тысячи лет. Уверен, ты понимаешь почему.
На самом деле, она понимала. Все научно-фантастические фильмы показывали, что происходит, когда инопланетяне — или что-то подобное — сталкиваются с военными или учеными. Она кивнула.
— Потому что разоблачение станет катастрофой для всех нас, наш закон гласит, что, если оборотень откроет людям существование Даонаина, он будет убит. — Его жуткие глаза потемнели до черноты, цвета смерти.
— Ох. — Это была не пустая угроза.
— Поскольку мы обычно оборачиваемся, по крайней мере, один раз в месяц, чтобы оставаться здоровыми, большинство живет в дикой местности или городах в горах. — Он откинулся на спинку стула. — Оборотням не пристало жить в городах, окруженных людьми и металлом.
Но это мой дом. Ее желудок сжался.
Шей покачал головой.
— Не могу представить, как шум и запахи не беспокоили тебя.
— Тогда она не была оборотнем. — Зеб нахмурился. — Но… ты когда-нибудь слышал, чтобы Даонаин не обращался?
— Донал задавался тем же вопросом, — сказал Калум. — Окружение металлом может задержать магию на год или два, но не на десятилетие. Ты должна была умереть, Брианна.
— Я слышал много гадостей о городских жителях. Может, наркотики? — Темно-синие глаза Шея сузились. — Ты принимала наркотики, маленькая волчица? Все в порядке, можешь сказать нам — мы не станем осуждать.