Незнакомец носил укороченный пиджак в клетку с завышенной талией и шляпу-котелок, которую лихо заламывал набок. Вследствие последнего несколько скрученных в мелкое колечко прядей высвобождались из заточения и обрамляли белый лоб. Было в его внешности нечто необъяснимо привлекательное.
Он подошел и внимательно, с нескрываемым любопытством, будто осматривал экспонаты в музее, оглядел честную компанию. Затем, удовлетворившись в полной мере увиденным, неторопливо приподнял край шляпы, приветствуя всех и каждого в отдельности, особенно дам. Элеонор, от внимания которой не ускользнул щеголеватый наряд чужака, выразительно улыбнулась, сверкая глазами. Затем молодой человек отступил во тьму салуна к барной стойке в сопровождении Томаса, тогда как другие участники встречи рассаживались по своим местам.
- Что будете пить? - будничным тоном спросил парнишка, по-хозяйски обосновыясь за стойкой.
Гость неспешно, якобы раздумывая, затушил сигару в пепельнице и поднял взгляд на темные ряды бутылок позади бармена. Он спиной чувствовал, что все внимание обращено на него, и компания, чей вечер так неожиданно прервался, пребывает на своих местах в нерешительности.
- Виски, шотландский. Есть? Неразбавленный, пожалуйста.
Томас смутился.
- Нет. К сожалению у нас такое редко заказывают. Могу предложить пиво, несколько сортов, одно местного производства…
- Я буду его, спасибо. Сколько?
Томас назвал цену, получил купюру, но достаточно очевидным для всех образом смутился вновь:
- У вас не найдется купюры поменьше? Боюсь, я не смогу сейчас сдать с нее сдачу.
Покупатель хлопнул рукой по пиджаку с таким видом, мол, “и как же это я не подумал!”. Вновь извлек кошелек из кармана и с тщанием, силясь разобрать номинал купюр при скудном свете, щурясь, извлек другую бумажку, чья разменная стоимость устроила бармена.
Вся эта сценка не ускользнула от внимания деревенских. Элеонор встрепенулась, снова оглянулась на гостя и убедившись, что тот не видит, быстрыми движениями рук поправила волосы, уложила подол платья как надо и выставила вперед мысок ботинка, так что он, показываясь из-под платья, уводил взгляд вверх к узкой щиколотке. Марихен сидела, сложа руки на коленях, и с сомнением косилась в сторону гостя. Приезжий? Ну, разумеется, приезжий - в деревне отродясь не водилось птиц такого полета. Бесспорно модно одет, показывает, что не стеснен в средствах и искушен в запросах. Однако, что понадобилось ему в такой живописной, но глухой деревне, как Ахен, в конце зимы?
И все же в этом явлении, каким бы странным ни считала его Марихен, она находила приятное волнение - даже если гость уедет также скоро, как явился, он все равно был в ее глазах первым предвестником весны, первой птичкой из пестрой шумной стайки наезжавших. Унылые зимние вечера неизбежно подходили к концу.
Гость тем временем получил свой напиток и, крепко обхватив стакан, подошел к компании. Он остановился у спинки впереди стоящего стула, будто их ряд был для него заграждением, обвел одним движением кисти круг перед ним и спросил:
- Значит, страшилки? Позволите мне присоединиться? Я, видите ли, знаю несколько интригующих историй, а у вас так кстати есть один лишний стул.
Гантер сию минуту насупился и поднял тяжелый взгляд на вторженца, а Элеонор, не спросив общего мнения, тут же расцвела в улыбке и махнула рукой:
- Конечно! Мы только рады оказаться в таком обществе. Свои истории, видите ли, уже пересказали друг другу по многу раз и теперь с удовольствием послушаем что-то новенькое.
- Как тебя зовут, приятель? - вклинился Бенедикт.
- Кристоф, Кристоф Манн, к вашим услугам, - объявил щеголь и приподнял край шляпы.
Присутствующие тут же, кто радушно, а кто более сдержанно, представились в ответ.
Немного подумав и бегло оглядев присутствующих, Кристоф бочком протиснулся между близко поставленных стульев и сел на место Томаса рядом с Марихен, аккуратно придерживая напиток. Девушка вопросительно оглянулась на него, а он в ответ примирительно улыбнулся, сощурив левый глаз. При этом Марихен, не менее заинтригованная новым знакомством, чем ее постылая товарка, мысленно поздравила себя с еще одной одержанной победой и снова взглянула на юношу поощрительно из-под полуопущенных ресниц, но сразу отвела взгляд.