Марихен резко села на кровати и топнула ногой, принудительно нагоняя себе решимости. Ну уж нет! Больше она так не растеряется! В следующий раз, решила девушка, она пленит этого приезжего бесповоротно и окончательно.
Победа будет за ней.
Но как же радостно трепещет сердце…
Глава 5.
Через несколько дней Марихен окончательно уверилась, что Кристоф ей нужен. Она не размышляла влюблена ли она в него, а также что будет делать после пресловутого “пленения”, но в глубине души надеялась разделить с ним все те блага, которые он вскользь упоминал на их случайно прогулке. Из-за этого девушка стала чаще выходить из дома, чаще бывать в лавках, даже без особого дела, рассчитывая столкнуться с ним вновь.
И вот, спустя неделю, в конце февраля она увидала его на улице.
Кристоф стоял в компании местной молодежи: здесь был Бенедикт, два парня, прослывшие балбесами, и, неожиданно, Томас. Компания что-то бойко обсуждала, не замечая ничего вокруг: главным образом говорил Кристоф. Он эмоционально жестикулировал, громко смеялся и подначивал смеяться других, возбужденно посекундно двигался и бесспорно был центром всеобщего внимания.
Девушка подошла и обычным своим жизнерадостным тоном поздоровалась со всеми, а Кристоф…
Кристоф, к которому так отчаянно стремились все ее мысли эту неделю, вдруг окатил ее чудовищной волной презрения. Стоило Марихен появиться, он, как по щелчку, замолчал, убрал руки в карманы, губы сжал в тонкую прямую линию и - в довершение - отвернул в сторону лицо.
Марихен видела каждое движение его мускул - как брезгливо сложились складки вокруг губ; и этот неожиданный прием едва ли не сбил ее с ног. Она потеряла дар речи и, сама не отдавая себе в том отчета, не замечая, как пристально наблюдают за ней другие, во все глаза смотрела на Кристофа - больней всего было от того, что он не желал ответить ей даже взглядом.
В одно мгновение в душе Марихен произошло смятение, все перевернулось с ног на голову, и прежняя веселость сменилась растерянностью и едким страхом. Пестрый хоровод мыслей заместил хриплый шум - он же продиктовал следующий образ действий: девушка с трудом оторвала взгляд от острого профиля господина Манна, оглядела остальных участников встречи и, внезапно с небывалой силой ощутив себя лишней, дрогнувшим голосом спросила:
- Я помешала?
Она снова обвела взглядом присутствующих, но Кристоф не шевельнулся, а лица остальных выражали сомнение - они то и дело поглядывали на своего нового предводителя и не знали как теперь вести себя с Марихен, и только Томас отозвался как ни в чем ни бывало:
- Разумеется, нет, - он привычно указал рукой, лежащей в кармане пальто, на Кристофа и объяснил: - Мы как раз обсуждали одну задумку герра Манна. Довольно рискованную задумку, надо сказать.
- И она должна была стать сюрпризом для всех, - укоризненно отозвался названный юноша. Только теперь он развернулся к Марихен и впервые обратился к ней: - Я предложил заезд на санях по льду Ахена. В городе это популярное развлечение среди молодых людей - кони несутся, сани дрожат под руками, кровь настоящего мужчины кипит! - он бросил тяжелый взгляд на Томаса - И только трус побоится провалиться под лед.
- Близится март, озерная корка трещит уже сейчас. Ахен может вскрыться со дня на день.
- Значит нельзя откладывать, - сказал, как отрезал, Кристоф.
Марихен впервые видела его таким. До сих пор Кристоф был надменным, иногда мягким, за присущей ему решительностью он иногда робел, но ни разу еще не был сердит так, как сейчас. Возражения Томаса, чинящие невидимые препятствие заезду, раздражали его, однако Марихен вступила в перепалку:
- Да кто же даст на такую затею коней?
- Помолчи, Марихен! - Кристоф возвысил голос и ударил словами наотмашь, даже не глядя на нее. - Я разговариваю не с тобой.
Повисла тишина. Не привыкшая к такому обращению Марихен замерла с приоткрытым ртом и округленными глазами, а парни переглянулись. Бенедикт хотел что-то сказать, но Кристоф жестом приказал ему остановиться и достал из кармана пиджака сигару, медленно раскурил ее и неторопливо выдохнул дым, задрав голову к небу. Помолчав, он наконец сказал спокойным, но холодным тоном: