— Точно, кровавый плач, — облегченно выдохнула Лара. Внезапно она почувствовала, что ее лицо мокро от слез.
— Умираю, спать хочу, — вцепившись в каменную балюстраду, устало обратилась к провожатому Алрин. Она чувствовала себя полностью выжатой, а по ее лицу также текли капли слез и пота. — Давайте об остальном подумаем завтра. — За мной прошу, — понимающе кивнул Айг-эл-Орт.
Глава 6
Терем-тюремок
Лучшее средство обездвижить противника — ломик поувесистей.
Травницы изнывали от ожидания. По лариным внутренним часам уже близился полдень, а они все так же сидели в своей пещерке. Только изредка в комнату заглядывал очередной гном, в очередной раз предупреждал, чтобы подруги никуда не уходили, и снова исчезал, игнорируя настойчивые расспросы. Вдруг Алрин вздрогнула и принюхалась.
— Горит что-то, — встревожено произнесла она. — Дерево, светильное масло и… фу… — Травница зажала пальцами нос.
Лара быстро откупорила фляжку, смочила полотенца, выданные гостеприимными хозяевами, и подала одно подруге, повязав второе так, что открытыми остались только глаза. Внезапно пещера вздрогнула, и с потолка посыпались гранитные крошки. Гулкое эхо разнеслось по коридору, распахнув дверь в комнату. Травницы вскочили на ноги.
Коридор был полон дыма. Однако он не клубился у потолка, как бывает обычно при пожарах, а аккуратно тек по полу, как какой-нибудь экзотический вид воды, причудливым дымопадом стекая в комнату травниц. Сквозь эту реку спокойно двигался давешний провожатый, оставляя за собой быстро затягивающийся туманный след.
— А, вы уже готовы? Прошу за мной, — приветственно пробасил он сквозь бороду, указывая рукой в дальний конец коридора.
— А что горит? — подозрительно спросила Алрин.
— А уже все сгорело, не волнуйтесь, — успокаивающе ответил Айг-эл-Орт. — Ворота в долину горели, наши ребята за ночь щели прорубили, ну мы этот гхыр лабарр и залили светильным маслом. А сожгли они себя сами, курить — вредно, особенно на посту, — со смешком закончил гном.
— Понятно, — кивнула Лара, отгоняя неприятные мысли. — И что, путь в долину открыт?
— Не совсем. Ну, вам лучше глянуть, авось подсобите, — сделал приглашающий жест провожатый.
За обгоревшими остатками ворот расстилалось бескрайнее маковое поле. Сотни тысяч кроваво-красных маков с багрово-черной сердцевиной тянулись к холодному зимнему солнцу, распространяя вокруг одуряющий аромат, от которого травниц уже мутило. Странно, несмотря на середину зимы, можно было подумать, что на самом деле сейчас травень или колосень.
Алрин глянула вверх и обратила внимание на странные переливы в небе. Пущенный пульсар, против ожидания, не канул в синеву, а вспыхнул, растекся огненным всплеском и угас, оставив белесое пятно. От этого пятна побежали расползающиеся трещины, коснулись границ ячейки едва заметной паутинки, пересекавшей небо, и осыпались блестящими осколками. Пахнуло ледяным ветром, и маки под образовавшимся проломом испуганно съежились. Травница повернулась к Ларе.
— Это же громадная теплица… Сколько же труда надо было, чтоб ее соорудить…
Подруга всмотрелась в небо и ответила:
— Не такая уж она и громадная. Смотри, у нее структура в виде паутинки, так что, скорее всего, это купол. А судя по тому, что ее центр от нас примерно на расстоянии версты, то диаметр ее не больше двух верст. Смотри, под центром паутины какая-то башенка, наверно, там эти все «главные».
— Точно. Только через маки нам туда не добраться. Надо бы обрушить купол и подождать, пока эта вся муть развеется. А как же остальные сюда добирались? — задумчиво спросила Алрин.
— А маски у них специальные были. Мы у одного такую нашли, — ответил Айг-эл-Орт, подавая девушкам искореженный кусок металла в пятнах крови. — Видите, тут трубка, а вот тут — тканевые фильтры, пропитанные водой. Хватит минут на пятнадцать — если поторапливаться, как раз можно успеть.
— Понятно, — кивнула Алрин, стараясь не думать о том, что стало с прежним владельцем. — А сейчас, уважаемый, давайте все внутрь, сейчас тут будет неуютно.
Гномы повиновались и, оставив травниц одних, скрылись в обгоревшем устье пещеры. Алрин, прищурившись, вгляделась в паутинку.