Настя сглотнула появившийся в горле комок:
- Вы что-ли в склепе живёте?
- Да тебя,никак, вампир укусил, девушка? Или мозги замёрзли? На фига мне в склепе-то жить?
Девушка в ответ только шмыгнула носом.
Какое-то время они шли молча. Было тихо и снежно.
- Какое бесконечное кладбище...
- Ну,и где ж ты кладбище видишь? - спросила женщина.
Настя посмотрела по сторонам. И правда, вокруг лишь заснеженные деревья да тропинка между ними. То ли парк, то ли лес. И тишина какая-то другая. И снег падает медленно-медленно, большими такими хлопьями, словно в сказке. Когда же всё так изменилось? Она и не заметила. Где-то за деревьями жёлтым глазом светил фонарь.
- Нам туда, - женщина махнула рукой в сторону фонаря. - Пришли, считай.
Откуда-то из темноты прямо им под ноги выкатился рыжий ком и засуетился вокруг, разбрасывая снег и тараторя:
- Ну,ты,мать, даёшь! Мы тебя ждём-ждём, ждём-ждём... Вилка уже и тропинку почистил, и печь затопил, и картошка уже кипит... Давай, сумку понесу... Пахнет как вкусненько... А это кто?
Ком, оказавшийся болтливым лисьим подростком, замер перед Настей на задних лапах, передними упираясь ей в колени и заглядывая в лицо. Девушка от неожиданности вскрикнула и упала в снег. Любопытная лисья мордочка тут же оказалась у её лица, живо обнюхала и лизнула в щёку.
- Солёная ты какая-то...
- Мякиш, уймись, - сказала женщина, протягивая Насте руку, - не пугай девочку.
- И не собирался, - лис отпрыгнул на тропинку. - Так я возьму сумку? Там Вилка у калитки ждёт...
- Бери да беги уже, суматоха.
- Он что, говорящий? - опомнилась Настя.
- У нас тут все говорящие.
- Вот кто б сказал - в жизни не поверила бы. А Вилка - это кто?
- Вилка-то? Вилка у нас оборотень.
- Они разве есть, оборотни?
- Очень даже есть. Да вот сама и посмотришь.
- И всё это в нашем городе! Вот это да!
- Ну,скажем так, что и не совсем в вашем городе. А место это заветное. Просто так сюда не попасть.
- А-а, поняла, параллельный мир.
- Да хоть как его назови, а приводить тебя сюда я не должна была. Но и бросить тебя там,на остановке, было бы как-то нехорошо, неправильно.
Фонарь освещал самый обычный забор из профиля. У открытой настежь калитки из поджидал огромный белый волк. Не то волк, не то сугроб с глазами.
- Не укусит? - шёпотом спросила Настя.
Волк, услышав,дёрнул губой,обнажив здоровенные клыки, сверкнул глазами и молча пропустил их вперёд.
Настя и рассмотреть-то ничего не успела, ни дом, ни двор. Она думала только о том, что за ней по пятам идёт здоровенный волк. Или оборотень. Быстренько отряхнувшись на крыльце, они прошли в дом. Волна тепла, пахнущая варёной картошкой, обдала их. И Настя поняла, что устала и проголодалась.
Большая оранжевая лампа над кругдым столом мягко освещала комнату. Вешалка и диванчик у входа, большая, потрескивающая дровами печь, за ней ещё диван и горка с посудой.
Вездесущий Мякиш крутился под ногами. Он запрыгивал на диванчик и спрыгивал с него, обнюхивал Настин рюкзак и хозяйкин пуховик, засовывал нос в пакет, заглянул зачем-то за печку. Наконец он уселся на стуле и свесил с него свой пушистый хвост.
Дверь открылась, и вошёл оборотень.Он встал на задние лапы и отряхнулся, превращаясь в человека. Настя мысленно ахнула. Длинные белые волосы собраны сзади в хвост, такая же белая бородка , а на румяном от мороза лице неожиданно тёмные брови и чёрные,как угли, глаза. Парень посмотрел на удивлённую Настю и ухмыльнулся в усы.
Он снял полушубок, оставшись в самых обычных джинсах и майке, и подошёл к печке, чтобы подложить в неё дров. Настя попятилась к столу и спросила у Мякиша, который, сидя на стуле,следил за разбирающей пакет хозяйкой.
- А почему Вилка?
Мякиш, не отрываясь от наблюдения, сказал:
- Да это мы его так зовём. Имечко у него такое,что не выговорить. Ни натощак, ни сытому.
- Вилквартр, - представился оборотень.
- Вот-вот.
- А я Настя.То есть Анастасия.
- Красивое имя, тёплое, - кивнул Мякиш. - О! Селёдочка! Вилка, тащи картоху!
Лис радостно крутнулся на стуле.
- Давайте,я помогу, - предложила Настя.
- Конечно, - подвинулась хозяйка.
Как-то незаметно оказался накрытым стол. Горячая картошка, холодное сало, селёдка, густо посыпанная луком и щедро политая маслом, мягкий хлеб, нарезанный большими кусками, миска с квашенной капустой. Они дружно сели к столу. Но не успели съесть и кусочка, как из-за печки раздался громкий и требовательный писк. Вслед за писком оттуда вылез крошечный белый котёнок.