Мэллори наклонилась к столу.
— Сьюзан Макриди солгала Пинвитти, ведь так?
Зря он убедил ее в том, что может работать не хуже детектора лжи. Чарльз всегда мог уличить во лжи Мэллори, и она решила, что он способен раскусить и других людей. Впрочем, на этот раз она была права. Десять лет назад Сьюзан Макриди солгала, отвечая на вопросы писателя. Доказательства этого находились в лежащей перед ними папке. Пинвитти записывал разговоры слово в слово.
— Итак, если предположить, что Сьюзан Макриди хотела ввести Пинвитти в заблуждение…
— Хотела, — перебила его Мэллори.
— Хорошо. Тогда рыжеволосая женщина должна быть молодой, а не средних лет. Волосы у нее должны быть натурального рыжего цвета. Или для чего Сьюзан Макриди говорить, что они крашеные? Странно, что она запомнила такую мелочь, но при этом забыла имя женщины и что с ней случилось после. Непонятно, как можно не знать о судьбе убийцы, с которым жил в одном маленьком городке, больше похожем на стоянку дальнобойщиков. По телефону мисс Макриди держалась настороженно, словно пыталась защитить ту пропавшую без вести рыжеволосую женщину. Вы собираетесь в Мэн, чтобы допросить ее?
— Нет, она сама тебе позвонит. Ты сможешь узнать от нее больше, чем мы.
— Откуда ты знаешь?
— Она тебя не отшила, — ответил Райкер. — И задала много вопросов. То есть она уверена, что у тебя есть нужная информация.
— И она уже давно хочет получить ее.
— Логично. — Чарльз смотрел в окно на голубое октябрьское небо и думал, куда подевалась его собственная логика. Как случилось, что его первое впечатление от Недды Зимнер оказалось ошибочным? — Ах, да, чуть не забыл. Я назвал мисс Макриди неправильную дату убийства, с разницей в два дня, и она меня поправила. Думаю, машинально. Кто она по профессии? Учитель или кто-то в этом роде?
— Библиотекарь, — проговорила Мэллори. — На пенсии.
— Почти угадал. Значит, Недде Зимнер было четырнадцать, когда зарезали Гумбольдта. Кто поверит, что она…
— Да, — протянул Райкер. — Все сходится. Очевидно, нож для колки льда всегда был ее любимым орудием убийства.
Мэллори откинулась на спинку стула, и Чарльз тут же насторожился. Будь она кошкой, то хлестала бы сейчас хвостом от злости.
— Тебе ведь нравится Недда Зимнер. — Это был не вопрос. Она предъявляла ему обвинение, так как теперь мисс Зимнер находилась во вражеском стане. Мэллори холодно посмотрела и на Райкера, которого подозревала в том же преступлении.
— Да, она мне нравится, — согласился Чарльз. — Чего не могу сказать о ее родственниках.
Хотя Битти определенно заслуживала сочувствия.
— Ты же понимаешь, что семья не может быть нормальной, когда ее самый симпатичный член — серийный убийца, — сказал Райкер.
Глава 5
Недда лежала спокойно. Руки неподвижны, никакого волнения, хотя она и была совершенно одна.
Новая экономка, последняя из череды приходящих слуг, отправилась за продуктами, Битти ушла с каким-то поручением. Куда уехали брат с сестрой, Недда не знала. Они просто закрыли за собой дверь, не сказав ей ни слова. Почему? Потому что для них она умерла. Никто не рассказывает о своих планах покойникам. Такое пренебрежение причиняло Недде боль, хотя по ней этого не было заметно. Она продолжала вести себя так, словно за ней постоянно следили изо всех углов, и ей не хотелось, чтобы кто-нибудь разгадал или подслушал то, что она чувствовала.
Бедняжка Битти.
Она так надеялась на воссоединение семьи во время первой встречи. Недда помнила, какие ошеломленные лица были у Лайонела и Клео в тот день, когда они приехали в хоспис. Вот это сюрприз! Битти театрально распахнула дверь в частную палату и показала им давно потерянную сестру, которая, как они полагали — нет, надеялись, — была мертва. Настоящий ужас охватил их после того, как ей задали кучу вопросов, ответы на которые могла знать лишь настоящая Недда. В конце концов, Клео и Лайонел убедились, что Недда — не авантюристка, которая охотится за наследством, и спросили, практически в унисон: «Зачем ты вернулась?»
Радостное лицо Недды превратилось в застывшую гримасу шута, и это выражение не сходило с ее лица до того, как брат и сестра покинули палату. Какой безумной, наверное, она показалась Битти в следующую секунду. Отчаянные рыдания и глупая улыбка.
Мэллори направила свой маленький оранжевый «седан» на восток по центральной полосе Хьюстон-стрит настолько быстро, насколько это возможно в столь плотном потоке автомобилей. Райкер устроился на переднем сиденье, не подозревая, что в их отношениях с напарницей что-то разладилось.