Она пожала плечами, не доверяя собственным голосовым связкам. Поскольку колонка не работала, в доме было холодно. Робин надела два толстых свитера, шарф и ботинки. Нос у нее был красный, глаза лихорадочно блестели. Обидно, что он появился именно в это время. Впрочем, такое уж ее счастье…
— Я пришел сказать… Черт! — Фрэнсис скорчил гримасу. — Пришел сказать, что мне очень жаль.
— Ах, тебе жаль!
Она злобно стиснула руки.
— Я понимаю. — Без своих всегдашних сигарет, выпивки и свиты он выглядел странно беззащитным. — Слишком мягко сказано, верно? Слова иногда не передают сути.
Внезапно Робин почувствовала смертельную усталость. Она села за стол и уронила голову на руки.
— Мне хотелось кому-то причинить боль, — сказал он. — Но я должен был причинить боль не тебе, а Вивьен.
— Сразу видно, что ты начитался Фрейда, — саркастически сказала она и заметила, что Фрэнсис поморщился.
— Я знаю, что вел себя отвратительно. В утешение могу сказать только одно: я сам себе противен.
Она знала, что Фрэнсис говорит правду. Его голос был ровным, движения экономными. Слои лжи, самооправданий и показного блеска отвалились сами собой. Он пробормотал:
— Я просто не мог поверить, что она вышла замуж за эту свинью. И не могу до сих пор. Я отправил ей немного денег, чтобы она не делала этого. Он не принесет ей счастья.
Но в эту минуту счастье Вивьен интересовало Робин меньше всего на свете. Она свирепо сказала:
— Фрэнсис, я не стану в этом участвовать! Не хочу, чтобы меня использовали!
Он наклонил голову. Затем последовала пауза, во время которой на глазах Робин проступили слезы.
А потом Фрэнсис сказал:
— За день до свадьбы я ходил к Тео Харкурту. Ты знаешь, что он купил «Разруху». И тут он сказал мне, что назначит главным редактором кого-то другого. Что мое имя недостаточно известно публике.
В его голосе слышалась горечь.
Робин, знавшая, как много значила для Фрэнсиса «Разруха», уставилась на него с испугом, а потом нетвердо сказала:
— Тут собачий холод…
— Зуб на зуб не попадает. Как ты это выносишь?
— У Пегги был приступ, и она забыла разжечь камин, а я дала колонке потухнуть. Колонка у нас с норовом. Наверно, придется обратиться к Джо. — Девушка поняла, что в последний раз видела Джо еще перед свадьбой Вивьен.
— Мне пора.
Робин только теперь заметила, что Фрэнсис при параде: костюм, белая рубашка, галстук, пальто… Его волнистые светлые волосы были коротко подстрижены; нездоровая бледность прошлого месяца исчезла.
— Ты испачкаешься.
Фрэнсис сделал большие глаза, затем чиркнул спичкой и осмотрел себя.
— Робин, я устроился на работу. Секретарем к Тео, он сломал себе руку.
— Но я думала… Я думала, что вы с Тео разругались.
Фрэнсис нахмурился.
— Робин, мне нужна работа. В наши дни это непросто. Особенно для таких людей, как я. Я могу немного писать, немного играть и много болтать. У меня правильное произношение, но не слишком правильное происхождение… Понимаешь, Тео знает людей. Это дорогого стоит.
Она промолчала. Фрэнсис добавил:
— Это только на пару месяцев. Но я должен играть роль. — В голосе Гиффорда слышались гордость и насмешка. Он поднес спичку к фитилю колонки и немного подождал. — Кажется, загорелось.
Она вытерла глаза рукавом. Фрэнсис повернулся к ней и сказал:
— Ты нужна мне, Робин. Я сказал неправду. В отличие от остальных, ты всегда знаешь, куда идешь. Когда ты рядом, жизнь не кажется мне неразрешимой загадкой. Я обожаю тебя. Сама знаешь.
Он все еще не сказал то, что она хотела услышать. Робин презирала себя за то, что нуждалась в этих трех коротких словах из грошовых романов. Хотя прекрасно понимала, чего стоило Фрэнсису признание в том, что ему кто-то нужен. И знала, что должна отплатить ему той же монетой.
— Я тебе не мать, Фрэнсис. И не сестра. Я не уверена, что снова смогу стать твоим другом.
«Я слишком глубоко увязла», — думала она. Даже сейчас, ненавидя Фрэнсиса за небрежность, с которой он относился к ее чувствам, Робин остро ощущала его физическое присутствие. Девушку пугало, что она все еще желает его. Унизительно знать, что, видя, как он танцует с другой женщиной, она испытывает не только ревность, но и желание.
— Я хотел предупредить, что на пару месяцев уплываю в Америку, — сказал Гиффорд. — Типу, у которого я работаю, нравится зимовать во Флориде. Наверно, там действительно неплохо. Прогулки по океану, роскошные пляжи…