Как же он хорош был сейчас, Северный Принц, Айдесс Йэгге! И неважно, что волосы спутались и кое-где ещё слиплись от влаги, а местами распушились, что на руках были пятна от смолы, а на щеке царапина… Он был – настоящий. И совсем рядом!
Тем временем Айдесс мигом сжевал два пирожка и выхлебал весь чай, как самый что ни на есть деревенщина. И строго посмотрел на Тёрнеда:
- Ешь давай. Если ты хочешь… постоять рядом, то для этого нужны силы.
- Я ем, - послушно отозвался мой братик и зажевал с удвоенной силой. Что же они собираются делать? Это же опасно, наконец! И кстати… откуда вообще этот ураган? Он же не совсем естественный…
- Айдесс, - начала я нерешительно, - это ведь.. не совсем обычная буря?
Он не успел ответить, как дзинькнуло стекло в окне – треснуло? Вроде нет… а в следующий момент, несмотря на закрытые окна и ставни, я услышала рев, как будто сотню или тысячу голодных медведей кто-то поднял из берлоги.
Айдесс мгновенно оказался на ногах, встряхнул рукой, словно разворачивая невидимый свиток, и шум слегка утих. Он взглянул на брата.
- Идем, Тёрнед. Если ты не передумал, конечно. Только не вздумай влезать со свей кровью, размажет в лепешку. Понял?
Я тоже вскочила. Не раздумывая. Мне бы удержать его – но ведь не получится! Я сняла со стены плащ – толстый, старый, теплый, для рыбалки зимой или поздней осенью:
- Возьми… Тёр… он должен тебе помочь? А я не могу… ничем помочь?
Айдесс вскинул на меня почему-то потяжелевший взгляд и тихо-тихо сказал:
- Можешь. Жди меня, ладно? Очень хочется, чтобы кто-то ждал.
Я перевела дух… потому что сердце, кажется, остановилось на мгновение. Мне стало страшно. Вот только сейчас.
И я поняла: то, что он собирается сделать – очень опасно. Он может погибнуть. А сейчас, перед самым расставанием, перед тем, как идти в ураган, Айдесс приоткрыл мне душу…
Я ещё буду перебирать каждое его слово, как драгоценность… но сейчас я заговорила, не думая:
- Я буду ждать… Я всегда тебя ждала. Всегда. И теперь… я дождусь тебя… что бы ни случилось… откуда угодно… так и знай.
Мой принц – ах, как чудесно звучит это «мой принц»!, даже если и не соответствует действительности – посмотрел на меня так, словно я сейчас ему вторую жизнь пообещала.
- Всегда? – прошептал он чуть слышно, не отрывая от меня завороженного взгляда. – Меня?..
Шальная улыбка вспыхнула на его обветренном лице. Он медленно прижал ладонь к груди – там, за ладонью сейчас билось его сердце.
- Тогда я вернусь, - все тем же шепотом сказал Айдесс, и в простых этих словах его послышалось торжественное обещание, если не Клятва. – К тебе – вернусь. Откуда угодно.
И тут же в полный голос, обернувшись к моему потрепанному брату:
- Тёрнед, готов? Идем. Ждать больше нельзя, ветер сходит с ума…
Он вышел – а я так и осталась стоять посреди комнаты. Хотя больше всего мне хотелось бежать следом. Только я даже сейчас понимала, что это было бы неимоверно глупо, и я только помешаю…
Что сказал он?! Он вернется – ко мне… Не просто вернется, а ко мне! Боги, если бы так!
Но ведь это… это похоже…
Это похоже на мою мечту. Но этого просто не может быть…. это слишком хорошо, чтобы быть правдой…
Я сама сказала ему «я дождусь тебя, откуда угодно». И он ответил! Может, я вынудила Айдесса так сказать? Заставила… неужели заставила?
Я прижала кулаки к щекам – они, наверное, пылали…
Айдесс… Каково ему там сейчас?! Это же хуже, чем в бурю на корабле… Он один – против неба и ветра. Против урагана. Тёрнед… чем он может помочь! Не знаю…
Почему-то я не боялась за двоюродного брата. Он один, и я ничего не могу сделать! Только ждать…Он хотел, чтобы я ждала… Но ведь здесь и нету больше никого! Не старенькая же Миррэ!
И всё-таки – неужели правда? Я боялась думать. Случайно или намеренно его слова, и особенно жест напомнили мне старинную Клятву моряков – она до сих пор входит в брачный обряд жителей Островов.
- Олэ, девонька, что с тобой? – сухая и теплая ладонь Миррэ тихонько легла мне на руку. – Кто это был?
- Это?
Против воли у меня вырвался нервный смешок. Моя нянюшка не видела наследника престола, хотя, безусловно, слышала о нем. Да ей и незачем было…
- Это, Мири, его высочество Айдесс Йэгге Дах Фёрэ, кеорфюрст и наследник Северного престола, - произнесла я то ли со смехом, то ли со всхлипом… И обнаружила, что меня трясет. Руки дрожали…
- Ох ты ж! А с виду такой… простой совсем, - няня погладила меня по голове и сказала, - а ведь он тебе пообещался сейчас… Неужто замуж пойдешь скоро, а, Олэ?
- Замуж! – прошептала я и обняла руками плечи. Озноб не проходил. Может, это из-за урагана?
- Мири, ты видела его, - умоляюще проговорила я. – скажи мне, ради светлой Богини… Что это значит? Это… я вынудила его, да?
- Да чем же ты могла его вынудить, девочка моя? – мягко, успокаивающе произнесла Миррэ и потянула меня к скамье. – Садись вот, чаю попей… Чего ты боишься? Что он посватается потом? Так ведь не заставят же тебя, коли не люб. Или… люб все-таки?
- Я боюсь… что не посватается, - еле слышно призналась я. – Или… что я подтолкнула его к этому, а он… не хотел. Я боюсь… что этого всего не было… что мне послышалось.
- Нет, Олэ, не послышалось. И не толкала ты его, сам он к тебе потянулся… как к избавлению. Видать, нужна ты ему шибко, коли ему плевать было, что другие это тоже слышат. Так-то морячки такое только на ушко своим женщинам говорят, на людях стесняются… Ну, не куксись, дочери твоих родителей не пристало так себя вести. Все хорошо у тебя будет, у вас обоих. Я-то вижу!
- Почему, Мири?
Я обеими руками сжала ее маленькую худую ладонь. Она была такая горячая! А мои руки, наверное, ледяные. – Почему ты так думаешь?
- Ох, девочка, да наверное, потому, что годков-то мне поболе, чем тебе. Поживешь столько-то – и сама научишься видеть подобное в людях.
С надеждой я всмотрелась в выцветшие, серо-голубые глаза. Такие добрые… и мудрые. И прижала ее руки к моим щекам, уткнувшись в них лицом.
- Я люблю его, нянюшка, - сказала я. Первый раз я говорила это вслух! – Давно уже… Не помню, сколько.
- Как же ты молчала столько? Ни мне не сказала, ни другому кому… не сказала ведь, да? Бедная ты моя… гордая моя девочка! Столько терпеть – и ни словечка! Ну да ничего, теперь-то уж все хорошо будет. Твой он – сам же сказал, что на поиски твои в море вышел. Кто б еще на такое пошел, если не свой мужчина?
Ее речь была тихой и уверенной, от нее становилось спокойнее…
Старушка помолчала и вдруг сказала:
- Странно только, что Тёр наш с ним объявился. Да еще словно били его… К чему бы, а?
- Да… Странно… Но он мог захотеть… приключений, - неуверенно сказала я. – Упал, наверное?
- Да следы-то не те, девонька… Что ж я, побоев не видала, что ли? Видала, и не раз… в селах чего только не наглядишься. Уж сумею отличить от падения-то… Хотя насчет приключений ты права, падок на них паренек наш. Моя бы воля была, а не матушки его, так давно бы уже учителя ему нашли. Чтоб дури-то поменьше в голове было…
Тут она замолчала настороженно и неожиданно сказала:
- Послушай-ка, Олэ, милая, а ведь стихла непогода-то! Или кажется мне?
Вой, сопровождавшийся иногда ударами в ставни и в стены дома (мне даже не хотелось представлять, ЧТО же это летает по воздуху по прихоти урагана?!) – заметно стих. Нет, его просто не было! Кажется, свистел ветер… так, обычно… как бывает зимою в ветреный день…
Сколько продолжалась эта буря, я даже и не знаю. У меня билось в голове: «Сейчас… сейчас он придет… Как он посмотрит на меня?! Ох, я дура… только бы всё было хорошо… как же Тёрнед?! Но если бы ему грозила настоящая опасность, Айдесс не позволил бы ему… ну почему я женщина?! Почему не могу встать рядом?!»