— Ладно, но я не хочу туда возвращаться…
— А если я скажу, что я уже всё исправил, и все гости теперь выглядят так же, как и я, в странных нарядах?
— Как бы ты сумел всё это устроить?
— Учитывая, какие слухи обо мне ходят… Хватило одного взгляда, чтобы они замолчали и сделали всё так, как я сказал.
— Правда? — Элайза не понимала, как он сумел так быстро всё сотворить, но теперь ей безумно хотелось на это посмотреть. — Уговорил… Загляну лишь на один танец…
В конце концов, это новогодняя ночь, и она решила позволить ему всё исправить. Тем более, что она его уж очень любила. Да и не будет отрицать — поучаствовать в сюрпризе, что Эдмунд приготовил, тоже хотелось.
***
Гости, все без исключения, действительно ходили с разноцветными волосами. Зал, казалось, заиграл новыми красками, и, похоже, всё стало как-то веселей.
— Признайся, ты заставил их слегка выпить? — шутливо спросила Элайза, спускаясь вниз под руку с любимым.
Ответить он не успел, внизу их как раз остановила леди Бернхард, бабушка Элайзы.
— Милая, пока мы вас ждали, я приодела ваших фамильяров, теперь хотя бы они выглядят уместно для этого вечера.
— Спасибо, бабушка, — с благодарностью произнесла Элли, обняв леди Берхард. Её позабавил вид Титы и Смерча. И если на ласке была надета её любимая кофточка, то пони обзавёлся костюмом с галстуком-бабочкой. И откуда бабушка смогла его достать?
Старшая женщина с улыбкой шепнула внучке:
— Весело, конечно, во дворце проходят балы.
Король, ещё не отошедший от произошедшего, всё же смог выдавить из себя пару фраз об «особой помолвке» и ударив посохом пару раз по полу, объявил об открытии бала.
Эдмунд галантно вывел Элайзу в центр зала, поклонившись и подавая ей руку. Девушка сделала реверанс, принимая приглашение. Увидеть, кто в этот раз активировал артефакт, она не успела, и даже не могла понять, когда вдруг почувствовала в теле невероятную лёгкость.
Раз. Два. Три.
Элайза не успела испугаться этим неожиданным изменениям. Вместо страха её охватило чувство восторга — они поднимались всё выше.
С каждым шагом, что они поднимались в воздух, её платье начинало расправляться, словно оживая. Ткань, сначала плотно облегающая фигуру, постепенно расплавлялась в пышные волны, которые струились вокруг неё. Словно под воздействием невидимого заклинания, ткань искрилась и переливалась, разноцветными оттенками, которые плавно сменяли друг друга, создавая эффект магического сияния, которое окутывало её. Оно словно подстроилось под цвет её волос.
«Как в сказке». — Подумалось Элайзе.
Эдмунд бережно кружил её. Она плавно следовала за его движениями. Тело было таким лёгким и свободным…
Глаза Эдмунда светились от счастья, и Элайза могла видеть, как он наслаждается этим моментом так же, как и она. Она счастливо засмеялась, кружась. Пожалуй, она не жалела, что всё же согласилась посмотреть на то, что Эдмунд для неё приготовил. Это окупилось с лихвой.
Постепенно к ним начали присоединяться гости, сначала осторожно, а затем всё более уверенно танцуя в невесомости.
На последних аккордах мелодии Элли с Эдмундом оказались у подготовленного выступа, который Элайза прежде не замечала. Там стоял священник, готовый провести церемонию. В зале раздались аплодисменты, и Элайза с интересом смотрела, как Смерч гордо несёт подушечку с кольцами в зубах.
Эдмунд, встав на одно колено, посмотрел на неё нежностью:
— Элайза Берхард, вы согласны стать моей женой?
Смотря на него, Элли подумала лишь об одном: ну разве она могла отказаться?
Немного магии танца и любви.
Всегда Ваши Алина Миг и ЮЭл❤️
Эпилог.
Он медленно провел взглядом по убранству. Высокие своды зала, украшенные хрустальными люстрами, мягкий свет свечей, отражающийся в зеркалах, и музыка, которая, казалось, плыла в воздухе, обволакивая каждого.
Пары кружились в танце. Пышные платья прекрасных дам, словно лепестки цветов, раскрывались в движении. Их замысловатые прически, украшенные жемчугом и драгоценностями, сверкали в свете люстр. Вино лилось рекой, разговоры не смолкали, а смех перекрывал игру музыкантов.
Среди всего этого великолепия выделялась одна пара. Их невозможно было не заметить. Молодые, с яркими, словно радуга, волосами, они двигались с такой легкостью и грацией, что казалось, их не беспокоило ничего. Ни свалившаяся елка, ни, казалось бы, испорченный вечер, ни волосы, что не поменяют цвет ближайшее время.