3
Эрика Ханни всю свою жизнь знала Макса таким. Постукивая пятками по примятому снегу, она делала вид что поглощена заполнением акта. Но на самом деле, Эрика внимательно разглядывала фигуру Крейна, что минуту назад стремительно удалилась в темноте.
Ей было даже немного стыдно. Когда эта семья попросила срочно произвести ритуал возвращения, что позволяет на несколько минут поговорить с усопшим родственником, Эрика хотела отказаться. Макс дал четкие указания - никого до Нового года не принимать. Но она не смогла этого сделать, как только увидела номер участка.
Эрике очень хотелось хотя бы один раз за всю свою жизнь увидеть друга настоящим. Поэтому соврав, что приняла заказ раньше его указания, Эрика поспешно вписала их имена в свободную ячейку в графике некроманта.
Ее мать, Элис Ханни, была подругой Валери Крейн всю ее жизнь. И даже сейчас, когда Валери давно не было в живых, стоило только немного ударить спиртному в голову ее матери, та погружалась в воспоминания. Иногда Эрике казалось, что она сама знала Валери. По рассказам, которые больше походили то на сказку, но на фильмы ужасов, она практически видела все то, что пережила Валери.
Макс никогда не слушал. Стоило только ее матери открыть рот, как тот поднимался с дивана (как говорила ее мать, это было излюбленное место Эрика), и тут же удалялся по “очень срочным делам”. Волосы этих “очень срочных дел” из кабинета Крейна после обычно выпадало убирать именно Эрике. Макс был ей кем-то вроде сводного старшего брата, на защиту которого надеешься, но при этом чувствуешь привязанность, происхождение которой так сложно определить.
В чем Эрика могла быть спокойной, так это в отношении Макса к ней. Как то раз ее мать рассказала ей, что Эрика была названа в честь отца Макса. Она не объясняла подробнее, но сказала, что все то, что испытывает Макс к отцу с определенной долей оправданно.
Эрика знала, что Эрик Крейн убил Валери.
И за это Макс его ненавидел.
Поэтому как считала Эрика, к ней Макс был равнодушен.
Элис пыталась объяснять дочери что-то не вдаваясь в тайны семьи Крейнов, но это оказалось очень сложно. Она что-то говорила о том, что другого выхода не было, что Валери умоляла это сделать. Рассказывала, что Крейн старший ни минуты не смог быть на земле без Валери и сам убил себя после. Но все, что из этого поняла Эрика - ей стоит радоваться, что Макс в принципе позволяет ей присутствовать в его жизни.
Потому что Макс ненавидел и Валери за то, что она оставила его.
Эрике часто казалось, что из всех чувств в некроманте осталась жить лишь ненависть. Ровно до тех пор, пока, как сегодня, она не попадала с ним на кладбище. Потому что каждый раз перед проведением ритуала, Макс исчезал. Эрика подозревала, что он уходил на могилу матери и надеялась хотя бы сегодня узнать, что он там делал.
- Простите, а когда… - начала Анастасия, а Эрике пришлось отвлечься от наблюдения за фигурой некроманта.
- Скоро, некромант Крейн готовится, - выдохнула Эрика, постукивая по папке с актом пальцем, - ему нужно очистить мысли, как и вам. Расслабьтесь, присядьте и думайте о самых светлых моментах, связывающих вас с усопшей. В ваших воспоминаниях должна быть только ее жизнь и ни мгновения присутствия ее смерти, - заученно протараторила Эрика, поправляя выбившийся из под шапки кудрявый локон.
- А он будет смотреть, - Николай запнулся, приложив пальцы к виску, - он может видеть…?
- О, нет, - отмахнулась Эрика, разглядывая усыпанную снегом фотографию, - он может, но не будет. Это нужно не для него, а для вас. Чтобы связь с усопшей не разорвалась.
- Нельзя, чтобы она поняла, что умерла, - прошептала мужу Анастасия, а Эрика кивнула.
- Именно так. Поэтому…
- А я ему и говорю - с мамкой своей так разговаривать будешь, - посторонний голос тут же прервался заливистым хохотом, но оборвался, стоило мужчинам войти на территорию захоронения.
Эрика вздохнула, скептически разглядывая вошедших.
- Хозяйка, тут копаем? - прораб, которого Эрика знала уже достаточно давно, но никак не могла запомнить имени, сплюнул на землю, ткнув лопатой в холмик, - соболезную, господа, - словно опомнившись, поклонился он прижавшимся к друг другу Николаю с Анастасией.
- Копай уже, - буркнула Эрика, вырывая еще одну пачку бумаги из его рук.
И как-то во всей этой толкотне ежедневной рутины мысли о Максе Крейе вновь отошли на задний план.