— Как вам будет угодно, мадам. Я не вижу в этом вреда. По крайней мере, вы сможете защищаться, если что-нибудь случится.
— Вы можете научить меня стрелять так же хорошо, как вы? — с энтузиазмом спросила Эриенн.
Бархатное пространство их кровати наполнилось скрипучим смехом.
— Чтобы взять меня на прицел, когда мой вид приведет вас в ярость?
Лорд Сэкстон замолчал, поняв, что Эриенн говорит серьезно.
— Умение, мадам, приходит с годами практики и с отчаянной потребностью защитить свою жизнь. Я могу вас научить только тому, как пользоваться оружием и как ухаживать за ним. Остальное придет со временем. — Он прижался губами к ее шее. — Это очень похоже на любовь. От прилежных упражнений она лишь становится сильнее.
В последующие несколько дней в ушах у Эриенн стоял почти непрерывный звон от грома выстрелов, а рука и плечо болели от тяжести и отдачи кремневого ружья и пистолета размером поменьше. Каждое утро и после обеда ее обучали заряжать, целиться и стрелять. Успехи Фэррелла были столь же скромными, как и у Эриенн, поскольку ему приходилось преодолевать себя, чтобы привыкнуть заправлять порох и прочно держать кремневые пистолеты левой рукой.
Хотя Эриенн училась охотно, для нее оказалось сложным целиться из оружия так, чтобы верно поражать цели. Лишь только когда лорд Сэкстон встал позади, обхватив своими руками ее руки, Эриенн стала осознавать взаимосвязь между положением оружия и ее тела и необходимость прочной хватки.
К концу третьей недели Эриенн посылала пули достаточно близко к цели. Фэррелл вернулся в Мобри в понедельник, и в последующие дни Эриенн пользовалась полным и безраздельным вниманием, которое отмеривалось щедрой рукой. Стюарт сжимал груди Эриенн, помогая ей наводить оружие на цель, касался бедрами ее ягодиц, а устанавливая приклад кремневого ружья на ее плече, как бы невзначай опускал руку ей на грудь. Такое интимное обхождение с Эриенн явно указывало на то, что лорд Сэкстон с удовольствием пользуется своим положением супруга, и когда эти руки в перчатках ласкали более нежные части тела Эриенн, она оставалась спокойной, не испытывая и намека на страх или отвращение. Покоя не давал преследующий Эриенн где-то в глубине сознания лишь один образ…
Ее любопытство к подземному ходу нарастало. Она не могла выкинуть из головы мысли о пещере, и ее не могли до конца удовлетворить объяснения Кристофера относительно использования хода в настоящее время, поскольку в дни, последовавшие за ее открытием, Эриенн пришла к выводу, что Кристофер дал ей лишь короткую историческую справку о семье и уклонился от ответа на ее расспросы по поводу нынешнего использования пещеры. Когда Эриенн спросила об этом лорда Сэкстона, он лишь пожал плечами и заверил ее, что ее любопытство будет удовлетворено в ближайшее время.
Однажды, когда Стюарт отсутствовал весь день, а слуги убирались в другой части усадьбы, размышления о пещере вновь привели Эриенн в старую библиотеку. На этот раз она приготовилась к исследованиям лучше, попросив на конюшне фонарь и взяв из шкафа шаль потеплее. Она быстро проскользнула через дверь в книжном шкафу и заботливо прикрыла ее за собою.
Несмотря на то что совсем недавно пробило два часа пополудни, тьма прочно окутывала пространство хода. За кругом света, который отбрасывался фонарем, различалась лишь черная пустота, наполненная неизвестностью. Нечто, метнувшееся в отдалении, поубавило бравады у Эриенн, однако она понимала, что, если хочет узнать, чем заканчивается ход, должна преодолеть свои страхи.
Узкая лестница привела Эриенн на нижнюю площадку, и она, пройдя дальше, обогнула поворот и достигла того места, где встретила Кристофера. Сейчас коридор был пуст, и Эриенн не обнаружила ничего интересного, кроме нескольких комплектов уздечек, свисавших с балки, деревянного кресла, запертого сундука и пары черных сапог, аккуратно поставленных рядом с ним. Она прошла мимо этих скудных вещей и направилась осмотреть дверь, которую закрывал Кристофер. Дверь была сделана из тяжелых досок и запиралась только на засов, который нужно было поднять с обеих сторон. Из-под двери пробивалась узкая полоса тусклого дневного света, соблазняя Эриенн потянуть ручку на себя.
То, что увидела Эриенн, озадачило ее, поскольку взгляд уперся лишь в большое сплетение ветвей кустарника. Чтобы протиснуться мимо них, места оставалось совсем мало, однако, прижавшись, насколько это было возможно, к одной стороне, Эриенн удалось пробраться через густые заросли, и она очутилась на краю лесистого склона холма, полого спускавшегося от усадьбы. Над шатром деревьев, сгрудившихся у подножия холма, Эриенн разглядела башенки нескольких труб, возвышавшихся над высокими и крутыми кровлями. Низкорослый кустарник, заполнивший пространство под деревьями, прятал от случайного взора даже какой-то намек на дорожку или тропу, которая могла бежать через лес. У Эриенн не было мысли уходить далеко от пещеры, но отпечатки следов человека на длинном участке тающего снега свидетельствовали о том, что кто-то прошел этим маршрутом совсем недавно. Следы были слишком короткими и широкими для того, чтобы их мог оставить Кристофер, и поскольку они не принадлежали и мужу Эриенн, она была вынуждена сделать вывод, что кто-то еще знает о тайном ходе.
Заинтригованная, Эриенн подняла голову и осмотрела окрестности, охватывая взглядом пространство. Ничего особенного она не заметила: склон холма был покрыт деревьями, через долину бежал тонкой струйкой маленький ручей, на склоне торчал островерхий утес. Эриенн собралась уже повернуться, как краем глаза приметила быстрое крадущееся движение. Она стала напряженно вглядываться сквозь деревья, размышляя, не показалось ли ей это, и тут увидела мужчину в одежде серых расцветок, который стремглав бросился из подлеска к кустарнику, почти что незаметному в густых тенях рощицы.
Сердце Эриенн забилось чаще. Эта низенькая квадратная фигура показалась ей страшно знакомой, и у Эриенн разгорелось желание выяснить, кто это. Подняв свои юбки, она бросилась вниз по склону, не останавливаясь, когда ноги скользили по мокрому дерну. Прохладный ветер проникал через шерстяную шаль, и щеки ее стали пунцовыми. Ветки хлестали по платью и по уложенным волосам, из которых выбилось несколько прядей, когда Эриенн продиралась сквозь кусты. Мужчина продолжал двигаться осторожными шагами, не подозревая о погоне. На опушке с густыми зарослями Эриенн замерла, спрятавшись за высоким кустом, так как человек остановился, чтобы оглядеться вокруг. Он посмотрел через плечо в ее сторону, и у Эриенн перехватило дыхание, когда сквозь переплетенную паутину веток она разглядела лицо Банди. Она закрыла рот рукой, подумав над тем, какие у него могут быть тайные дела и почему он не с ее супругом. Эриенн могла поклясться, что Банди с лордом Сэкстоном вместе уехали в экипаже.
Продолжая свой путь, Банди прошлепал через ручей, который вился между деревьями, и Эриенн увидела, куда он направлялся. У подножия холма расположился маленький домик, так уютно вписавшийся в деревья, что был едва заметен. Рядом с ним разрослась высокая живая изгородь, из-за дальнего конца ее виднелись колеса какого-то экипажа.
Банди проскользнул через живую изгородь, за которой прятался домик, однако она была настолько густой, что не позволяла рассмотреть, что скрывается за нею. Эриенн с удивлением услышала громкое ржание и внезапный стук копыт, как будто появление этого человека напугало лошадь. До нее донесся смех Банди, а затем скрип петель, характерный для открывающейся калитки или двери. Заинтригованная, Эриенн оставила свое укрытие и поспешила вниз. На какое-то мгновение ручей стал преградой на ее пути, однако ей удалось найти место, где можно было перейти поток.
Проявляя повышенную осторожность по мере приближения к живой изгороди, Эриенн замедлила шаг и тщательно выбирала место, куда ступить. И тем не менее храп и громкое, пронзительное ржание лошади показывали, что животное чувствовало присутствие Эриенн.
— Ну что такое, Сарацин? — услышала она голос Банди. — Ну успокойся же.